История одной болезни. Часть 2. Бали наносит ответный удар.
В прошлый раз мы закончили на том, что мне резко поплохело после якобы ротовируса – в глазах у меня двоилось от кончика носа. Вот что было дальше:
10 января я с горем пополам донес страховой, что мне становится сильно хуже. Аллилуйя, они нашли мне буквально единственного нейроофтальмолога на всём острове, работающего в местной государственной клинике. Ок, поехал к ней, попутно начав искать в Москве врачей, которые могли бы даблчекнуть моё МРТ.
12 января местная врач осмотрела меня и анализы МРТ. Девушка оказалась очень толковой (кажется, на Бали она была единственная, у кого был американский диплом) и после осмотра спросила – почему у вас до сих пор не брали анализы крови на инфекции? (И правда, вопрос ведь ко мне, а не к местным врачам).
Тут я начал чувствовать себя, как в сериале Доктор Хаус, потому что отёк глазного нерва был лишь ложным следом – его у меня не было и в помине, а МРТ было идеальным. Врач сказала, что никогда такого не видела и напишет про меня научную статью (большое спасибо, очень вовремя).
14 января выяснилось, что кровь у меня тоже в полном порядке. Таким образом, врач отсекла варианты с опухолью, воспалением и инфекциями. Казалось бы можно порадоваться, ведь ничего серьезного. Но знаете, как говорят – самые страшные болезни те, про которые никто ничего не слышал?
15 января мне сказали просто ждать – либо это само пройдёт в течение нескольких месяцев, либо можно будет сделать операцию. Мне назвали новый диагноз – вместо divergence paralysis – double sixth nerve palsy, или в переводе паралич отводящих глазных нервов – отвечающих за то, чтобы смотреть вбок. Это и дало косоглазие (внизу прикреплю смешной пруф). Мне прописали на всякий случай дальше пить гормоны, но по факту все уже понимали, что вряд ли это поможет.
16 января страховая сказала, что на этом её полномочия всё и они больше не смогут согласовать мне ни один визит ко врачу, потому что нет никакой острой болезни.
17 января на всякий случай поехал продлевать ещё на месяц въездную визу в Индонезию – там у меня попросили обратный билет в Россию и сказали, что рекомендацию врача никуда не лететь не могут принять как основание для продления визы – стало ясно, что улетать всё равно придётся.
18 января меня накрыло полное принятие ситуации, и я решил даже в таком состоянии сходить на концерт Оксимирона. Находились даже плюсы – например, если перед одним глазом вставал в толпе высокий человек, то я мог видеть Мирона, переключив взгляд на другой глаз – почти суперсила.
19 января понял, что просто ждать все же не могу и надо что-то делать – раз болезнь такая редкая и непонятная, то наверняка на подобные темы пишутся научные статьи и даже диссертации. Начал копать сам и попросил знакомых, но там тоже была сплошь статистика. Писали и то, что возможно внезапно все пройдёт само собой.
Следующую неделю старался жить обычной жизнью – организовал себе на Бали ежедневные ритуалы, спокойно работал, ел и много спал. Даже купил себе новую повязку, потому что пиратская растянулась, и сходил три часа поплясать на местную бернерскую тусовку.
26 января написал огромный тред в твиттер про историю своей странной болезни, который случайно завирусился и меня дружно начали лечить всем интернетом. И пусть было много ипохондриков, которые уверяли меня в том, что я скоро умру, а на Бали просто не умеют диагностировать такие болячки — пару дельных советов мне тоже дали – например, отговорили носить повязку на глаз.
28 января окончательно принял решение не ждать у моря погоды и вернуться в Россию повторно обследоваться. Для перестраховки взял билеты с пересадкой длиной почти в сутки и договорился переночевать в Дубае у друзей. Было страшно, что глазам станет хуже во время длительно перелёта, но другого выхода я уже не видел.
2 февраля вернулся в Россию – перелеты прошли нормально. Ни лучше, ни хуже не стало. Я записался ко всем возможным врачам по страховке и был готов к новой серии моего личного Доктора Хауса.
Продолжение следует…
