FT HTSI выдал элегичную и полную (мнимого) сочувствия статью о том, как “энигматичный русский барон Евгений Лебедев оказался в социальной Сибири”. Он был известен как устроитель роскошных вечеринок, на которых можно было встретить Бориса Джонсона, Руперта Мердока, Джоан Коллинз, Хелен Миррен. Художница Трейси Эмин однажды наблюдала, как Михаил Горбачев и Салман Рушди танцевали под Black Eyed Peas. Всего-то несколько лет прошло, а уже читается, как роман о ревущих 20-х. Последняя вечеринка в 2021 году закончилась скандалом: многие из гостей подхватили ковид. Впрочем, Борису Джонсону, как мы помним, пандемия не была помехой, чтобы как следует повеселиться.
Однако помехой их отношениям все же стало происхождение Лебедева (тот, впрочем, уверяет, что “Борис по-прежнему друг”), особенно когда выяснилось, что Джонсон настоял на том, чтобы сделать Лебедева пэром, несмотря на первоначальные (позже снятые) сомнения служб безопасности Великобритании. Но после 24 февраля Лебедев вдруг оказался “токсичным” не только для Джонсона. Даже флорист вычеркнул его из клиентов.Приехавший в Великобританию фактически ребенком, Евгений говорит, что не верил словам о том, что островное государство никогда не принимает иностранцев за своих, но в 42 года вдруг почувствовал это на себе.
Теперь 44-летний Lord Lebedev живет затворником в своем поместье 18 века. “Его борода безупречно пострижена, а джинсы отлично отглажены”. Однако голоса высоких гостей тут больше не слышны и зажженные свечи в пустой столовой выглядят зловеще. Похоже, единственные собеседники бывшего повесы - бюст Марка Аврелия и мрачноватые скульптуры Ансельма Кифера и братьев Чэпменов. Дела в медиа-империи тоже идут не блестяще. Evening Standard прекратил выпускать печатную версию, зато запустил подкаст Лебедева Brave New World. Оказывается, Евгений тоже озабочен биохакингом. Дальше ожидаемый список: ретриты в Коста-Рике, аяхуаска и “шоколадно-овсяный молочный напиток с порошкообразными грибами рейши, чагой, коллагеном и кордицепсом”, который он потягивает, пока его интервьюер Джон Гэппер пьет привычный английский чай. PS. Полагаю, что на Евгении костюм работы Эдварда Секстона.
