Постоянно перемещаясь по миру в последние годы, словно специально поместил себя в ситуацию, когда становится сложнее уловить постояннство человечесокой личности. За исключением самого себя и Даши, у меня вокруг нет никого кого я вижу регулярно и часто, и за счет этого пребываю в совместном трансе иллюзии постоянства. Сейчас приехали друзья, с которыми на связи почти каждый день, но которых не щупал руками полтора года. Маму повезло увидеть в начале и в конце прошедшего года. Бабушку не видел 3 года.
Когда встречаешься, если хотя бы немного выдерживать реальность, то видишь, что все плывут в потоке жизни и изменения очевидны на уровне тела, мыслей, тем. Даже если какие-то паттерны и ситуации из прошлого разыгрываются снова, практически каждый раз и даже с близкими у меня появляется вопрос, который может напугать, — кто этот человек? И тревожное цепляние, словно руками за воду, когда не умея плавать брошен в океан, в попытке ухватиться за что-то твердое. Придать реальности стабильность и понятность. Сохранить аккуратное целое, которое в этих встречах очевидно ускользает.
Через очевидное наличие перемен и очередную попытку понять кто передо мной, вопрос перенаправляется и ко мне самому. Если теряюсь в знании другого, то почему уверен в твердости себя?
И где-то в таком искании удается обнаружить новые грани и моей текущей идентичности, на момент ухватив ее за хвост. Я так сильно меняюсь под воздействием интенсивного опыта, что очень легко не поспевать замечать эти переменах и не понимать кто ты сегодня. А с другой стороны, это все равно хватание за хвост того, что постоянно уходит, ведь на следующий день я все равно проснусь уже немного другим человеком. Кто мы все такие, черт возьми?!
Но в конечном итоге, если отпускаю навязчивое желание склеить реальность, а вмести с ним напряжение и страх от подсознательной встречи со смертью, то расслабляюсь и признаю нормальность этого ускользания. Бесплодность всех попыток обрести что-то по-настоящему неизменное: найти какой-то несгораемый плот вечной безопасности и комфорта...
В этом принятии реальности естественный вопрос о том, кто мы такие, словно указывает на иную природу вещей. С тревоги колебаний на поверхности воды, можно нырнуть в глубокие течения спокойствия и обнаружить там таинство жизни. Таинство, с которым сперва страшновато встречаться, словно заглядывая в этим моменты в глаза каком-то большому и непознанному существу.
Если же нам удастся удержаться на кромке этой неизвестности, возможно, мы научимся позволять себе просто быть, не являясь чем-то.
Джон Уэлвуд Этот вариант или даже путь требует храбрости распахнуто и бесстрашно пребывать рядом с правдой фундаментальной зыбкости материи, которая не оставляет форме шанса на твердое неразрушимое существование. И так пугает наше стремление создать стабильный мир.
Мы — флуктуирующий поток энергии, которые ничто не может остановить от изменения: от развития, распада и простой перемены формы.
Но со смелостью и возможностью быть лицом к лицу с этой неотвратимостью умирания всего, за что мы стремимся удержаться, можно обнаружить в себе что-то кроме всего распадающегося. Само качество присутствия, живого бытия, которое знакомо нам от рождения и никогда не пропадало, хотя мы слишком часто забывали про него.
И в контакте с другими тогда можно ощутить не столько привычные лейблы пола, лет, ролей. Сколько обратиться к такому же качеству присутствия другого рядом. В этот момент мы перестанем шуметь старыми голограммами представлений о самих себе и о другом, а соединимся и почувствуем сам поток жизни, который неразрывно соединяет нас с чем-то большим и вытаскивает за пределы плоского и безгранично одинокого мира проекций.
