ПЕРИФЕРИЯ (окончание)
Посещение больных регламентировалось с пяти вечера. Мы заявились в девять утра. Все-таки удивительно, как порой помогают улыбка, мольбы о том, что мы из Москвы к сыну, и тысяча рублей в подтверждение доблести служителя порядка! Больничка ничего так, приличная, ухоженная. Как бы ведомственная! И Вовка такой себе ничего – синюшный, хочется ему три «П»: попИсать, покакать и покушать. Жарко и душно еще в палате. К этому времени мне посчастливилось уже два часа быть безвозвратно, навсегда влюбленным и в этот город, и в особенности – в людей, здесь живущих! Местный рынок для покупателей открылся в семь . Работники рынка, насколько я понял, прибыли в шесть. Утра. Рыночек так себе, наискосок через переулочек от больнички. В местной кафешке, естественно, еще закрытой для кого бы то ни было, светилось окошко, и что-то громыхало металлом о металл. Постучал в пластиковую дверь, и вдруг мне открыли.
- Здравствуйте! Простите, ради Бога, за беспокойство! У нас беда! Мы из Москвы приехали. У нас сын в больницу местную попал. Вчера сделали операцию. В больничках, сами знаете, как кормят. Нам бы бульончику куриного сварить для ребенка. Вы не могли бы конфорку нам предоставить на полчасика. Жена сварит, а термос у нас с собой. Мы утром к нему собираемся. Пока не пускают. Мы в гостинице остановились, но в двенадцать должны освободить номер. Приготовить нам просто негде. Вы не сомневайтесь, мы заплатим сколько нужно! Где-нибудь жилье только найдем. А то у нас еще младший с нами. Стоящая напротив женщина была обута в галоши, которые обычно носят на даче, и одета в невероятно застиранный, почти до состояния марли, но еще достаточно белый халат. О нём, о халате, знатоки сказали бы, тыча пальцами в пятна : принесите мне это, и это… А вот это не нужно, потому что это я уже ел, и мне не понравилось! Её глаза, когда-то голубые, а сейчас довольно блеклые то ли от не проходящей усталости, то ли от жизни вообще, смотрели безразлично и тускло.
- Рынок вот он. Готовить не из чего. Приносите курицу, зелень, сельдерей, морковку, ну и что там еще нужно. Разберемся. Рынок как рынок. Всё обо всём. Шмотьё вперемешку со жратвой. Здесь – треники, рядом – помидоры и куриные окорочка. Купили. Принесли.
- Приходите через час. Пришли.
- Давайте ваш термос.
- Спасибо Вам! Спасибо! Сколько мы Вам должны? Перемена в тусклой, уставшей от жизни женщине произошла настолько молниеносно, что даже сориентироваться не успел.
- Ты что, козел московский?! Ты, ****ь, за кого нас принимаешь? Ты вообще понимаешь, о чем ты говоришь? У нас что, своих детей нет?!.. Пошел нахер со своими деньгами! Бери бульон, и … (уходи) отсюда! Оклемаешься, снова приходи! Ну и потом уж тихо добавила:
- Жилье снять – газету городскую купи. Там много. Все дешевле станет, чем в гостинице. И плита в любой квартире наверняка есть. Именно в этот момент я полюбил этот город и его жителей навсегда.
Пару лет спустя уверенности в моей правоте добавила Света Хоркина. Наша заслуженная- перезаслуженная гимнастка. Когда мы случайно встретились на пляже в Италии, и я ей рассказал об этом «приключении» в городе ее детства, у нее, женщины красивой, везде принятой, не склонной к сантиментам, глаза были влажными…
А уж если сочтете нужным воспользоваться моими литературными способностями, буду только рад!! 🤝😂
