Магадан, 20 марта 2025 года

Солнце висело над городом, будто лимонная долька на небе — яркая, сочная, почти ослепительная. Ветер с Охотского моря гнал по улицам соленые перышки тумана, и Митрон чувствовал, как их касание превращается в музыку.

Он шел, перебирая в памяти строфы Гёте, которые пытался перевести по-немецки ночью. Кот Анаксимандр, свернувшийся на плече, тихо фыркнул, будто одобряя выбор стихов. Митрон улыбнулся — кот редко бывал неправ.

«Существование — это не что иное, как восстание против абсурда», — подумал он, цитируя Камю. Глюкофон в кармане куртки слегка стучал — инструмент всегда ждал своего часа. А сейчас Митрон слушал город: рокот автобусов, смех продавцов на рынке, визг тормозов, треск морского ветра в проводах. Он превращал эти звуки в медитацию, как будто жизнь была долгим дыханием, а он — ее гармония.

На углу «Гостиной с книгами» Анаксимандр дернул лапой: за прилавком стояла девушка с той самой эdition francaise «Мифа о Сизифе», которую он искал три месяца. Митрон замер, губы шептали: «Этот абсурд…» — и усмехнулся, согреваясь от дурацкой удачи.

Он вошел, глюкофон остался за спиной, звонко притопившись в луже. Кот остался сторожить его. Солнце, книги, море, музыка… Всего четверть жизни, но уже достаточно, чтобы понять: абсурд — это подарок. Нужно только научиться играть в него.