Cлова за последние годы иссякли. Но не потому, что говорить нечего, а потому что они теряют силу перед лицом ужаса, который повторяется снова и снова. Жуть возникает от того, что этот ужас не случайный, а создается сознательно. Кто-то делает выбор.

Наблюдаю, как адаптируюсь сам, как насилие и беспомощность нормализируются, распространяясь ближе и ближе. Как мы привыкаем с этим жить, все меньше замечая происходящее, все меньше трогаясь им. "Ну а что я могу сделать?". Жить как будто нормально, когда все настолько ненормально.

Не только нам самим, но и нашим детям и внукам придется иметь дело уже не только с фееричным набором советских травм, но и с этой — травмой этих лет, последствия которой надолго останутся с нами, отравляя здоровую и свободную жизнь нескольких поколений.

Но моя душа жива, даже когда слова иссякли и все вокруг замирает хоть в страхе, хоть в ненависти, хоть в равнодушии. Она все равно видит, она не может полностью отвернуться от реальности, она страдает, но не хочет потерять человечность.

Но она знает, что хоть сейчас страшно, гневно, грустно и бессильно — она не одна. И, может быть, пока мы чувствуем — еще не все потеряно. Не знаю, что можно сделать, но может быть мы можем хотя бы остаться людьми. Не перестать видеть реальность, не прятать глаза.