Токсичность токсичности

В глаза или за глаза навешывая на человека ярлык токсичности, мы порождаем тонкую форму стигматизации, которая вызывает не осознанность и желание расти, а защитную реакцию — замыкание, обиду, протест. Именно так цикл боли продолжается. И ни у кого не появляется шанс выйти из него.

Благодаря развитию психологической грамотности и психологизированной культуры, в последние годы слово токсичность стало использоваться часто и в разных контекстах. К токсичности теперь относят все — где-то проецируя в нее собственную фрустрацию, а где-то указывая по-настоящему деструктивное поведение другого.

В пространстве пост-советского освобождения и развития психологии в мире мы учились говорить о границах, понимать насилие и абьюз, называть тонкие и не всегда очевидные вещи своими именами. Все это важные достижения культуры, надо которой еще работать и работать. И тем не менее, мы можем уточнять ее в процессе.

Токсичность стала чем-то вроде приговора. Относя такой ярлык к коллеге, партнеру или родителю, мы, возможно, защищаем себя, стремимся к более здоровым и удовлетворяющим отношениям. Но вместе с тем можем словно запаковывать другого, отказывая ему в возможности быть увиденным глубже и измениться. Обидный ярлык не приглашает в разговор, а исключает из пространства контакта.

С точки зрения современной этики, которая кровь и плоть лежит в научном понимании психологии человека, клеймо токсичности может помогать лично нам отгородить себя от каких-либо отношений, но скорее усугулбляет суть проблемы. Когда человеку объявляют, что он(а) токсичный, он, вероятно, почувствует страх, злость и стыд. Стыд — очень сложная эмоция, которая может временно подавить поведение, но в долгосрочной перспективе усиливает изоляцию, снижает мотивацию к росту и ухудшает психическое здоровье.

И наоборот, как пишут исследователи McLean Hospital: преодоление сложного поведения требует открытой, сострадательной среды, а не давления или публичного осуждения. Изменения происходят не тогда, когда человека пристыдили и заставили прекратить привычное поведение. А тогда, когда он почувствовал, что может быть с чем-то трудным в себе — в контакте, в безопасности, с принятием. Это база работы с травмой, которая является основой психологического роста.

Конечно, бывают ситуации, когда нужно резко поставить точку. Когда действительно необходимо выйти из разрушительного контакта. Но если наша привычная реакция — любой трудный характер называть токсичным, мы обедняем реальность и всё реже учимся разговаривать.

Сама токсичность стала токсичной потому, что мы не только вот так, иногда весьма грубо, учимся оберегать себя и отстаивать границы. Но еще потому, что мы путаем Человека с его деструктивными паттернами. Человек и личность не равны их ограниченной картине мира или привычкам поведения, которые могут ранить и разрушать их же благополучие.

У меня вызывает огромное сострадание, когда я вижу как люди сами грубыми словами, претензиями, постоянным обесцениваем рушат отношения со своими детьми, партнерами и коллегами. Это невероятно грустно! И при этом я всегда стараюсь помнить, что человек гораздо больше любого самого ошибочного и отвращающего поведения. Даже самый прогнивший убийца и разжигатель воин в глубине своей искренний ребенок, и где-то там все равно живет благая природа, суть которой — доброта, любовь и сострадание. Видеть эту природу — значит и самому человеку помогать выйти за рамки своих ограничений и боли, которые привели его в текущее грустное положение, которое теперь мы называем токсичностью.

Тест написан с супервизией клинического психолога.