«Макар и девятая судьба Саймона» Магадан. 11 мая 2025. Туман обнял город, как старый кот — слепого хозяина. Макар шёл в школу, неся под мышкой конспекты и банку тушёнки «для бездомных». В кармане — ключ от кабинета истории и шерсть Саймона, чёрная с белой звёздочкой на груди. Коту было 11 лет, но глаза его светились эпохами.
Всё началось с зеркала.
Накануне Саймон, обычно равнодушный к отражениям, уставился в ванную гладь. Макар, поправляя галстук, заметил: в зеркале у кота не было хвоста. Вместо него вился дымок, похожий на строку из летописи.
— Ты что, птеродактиль? — пошутил Макар. Саймон мотнул головой, и в воздухе запахло мхом.
На уроке, объясняя Смутное время, Макар вдруг увидел сквозь туман за окном: — Лжедмитрия I, скачущего на коне, который... виляет хвостом? — Бояр, царапающих перьями грамоты, будто точа когти. — Себя — в облике кота с сединой на висках, спящего на троне.
— Иван Васильевич, вы к доске! — крикнул Макар, но класс засмеялся. Ученик Ваня, которого все звали «Грозным», краснел: — Я не Иван... — Прости, — учитель потёр переносицу. «Саймон, что ты со мной делаешь?»
Их взаимопроникновение росло: — Ночью Макар ловил мышей в подвале школы (охранник потом клялся, что видел «двуногое существо с усами»). — Саймон начал спать на учебнике Петра I, помечая абзацы когтями. — На родительском собрании Макар, потягиваясь, издал гортанное «мурр», и все вдруг согласились с его оценками.
Но главное — подвиги.
1. Спасение музея: когда вор попытался украсть якутский оберег, Макар, почуяв беду, влез в форточку (как?), опрокинул ведро с водой на сигнализацию. Полиция пришла по мокрому следу.
2. Ночной патруль: Саймон водил его к заброшенным стройкам, где Макар, рыча по-кошачьи, прогонял подростков с вейпами. Потом находил в карманах конфеты и подкладывал их в фонд столовой.
3. Экзамен-откровение: на ЕГЭ ученик Стас, дрожа, признался: «Не знаю про Куликовскую битву». Макар, чихнув, вдруг понюхал страх. Сказал: «Представь, что ты Мамай. Твои воины — как стая голодных котов. А Дмитрий — тот, кто отнял последнюю сметану». Стас написал на «отлично».
— Вы странно пахнете, — как-то сказала завуч. — Это новый одеколон. «Кошачья мята», — солгал Макар, пряча под стулом хвост, который то появлялся, то исчезал.
А Саймон? Он теперь сидел на подоконнике класса, наблюдая за уроками. Дети шептались, что кот знает все даты. Когда Макар ошибался, Саймон стучал хвостом по батарее.
В день, когда туман рассеялся, Макар нашёл на столе записку: «Спасибо, что не сдали меня в приют. Вы — плохой кот, но хороший человек. С.».
Он посмеялся, спрятал бумажку в учебник, где глава о Смуте была исцарапана.
Теперь, проходя мимо зеркал, Макар щурится. Иногда в отражении у него два зрачка в одном глазу. А Саймон, кажется, начал носить галстук-бабочку. Но это, конечно, лишь игра света.
P.S. Вчера в школьном дворе нашли граффити: кот в очках, читающий летопись. Подпись: «Саймон Великий». Макар строго сказал, что это вандализм. Но на перемене подошёл и положил к рисунку миску сметаны.
