Самая продвинутая практика медитации

Помню как потащил Дашу на первую випассану. Нам обоим было по 23, и мы поехали в Индию зимой. Из приверженности идее реального опыта я из начальной точки, в которую точно хотел попасть, решил не ехать каким-то туристическим маршрутом, а просто рубануть страну по горизонтали. К слову, не все идеи одинаково полезны, и после этого решения в Индию мы практически очень долго не ездили — опыта хватило на 12 лет! 🙈

Первую неделю прожили с хипарями из 60х в городе-утопии Ауровиле, основнного одним из важнейших индийских мистиков 20 века — Шри Ауробиндо. Потом помчали в IT-cтолицу, Бангалор, где встретили новый год в толпе богатых индийцев в местном Хаяте, где жили и смотрели из окна на трущобы. И еще пару недель провели уже в разных городах на западном побережье, заезжая в легендарный для любителей йоги Майсор и тибетские поселения рядом.

Сильно устав от этой поездки, я нашел какой-то ретритный центр на Шри-Ланке, и мы со скрипом, — Даша тогда не особо была знакома с медитацией и сильно скептично относилась к любой религиозности, — полетели в Коломбо. Индия поцеловала на прощание просто чудовищным отравлением в самый последний день. Думал, что откинусь прямо в самолете, а впереди еще был путь по жаре в самой Шри Ланке.

В ретритный центр в горах недалеко от Канди поехали сразу из аэропорта. И через 3 часа, которые сложно даже вспомнить, я буквально полз с чемоданом несколько сотен ступенек по жаре. И на входе нас вместе с парой человек, помогающих по хозяйству, встретил единственный круглый монах, которому я буквально упал в ноги. Не из уважения, а из изнемождения.

В маленьком центре, основанном немолодым тхеравадинским учителем из Сингапура, было удивительно красиво, живо и спокойно. А мы сразу поселились в разные кути, и я еще несколько дней лечился и понемногу умирал, пока монах был занят каким-то другими делами, но не нами.

Даша не знала что именно делать, но в действительно богатой библиотеке нашла книгу Тит Нат Хана о медитации для детей и стала делать приведенную там практику, которая распокавалась для нас обоих самым глубоким и удивительным образом.

Вот эта практика медитации

1 — Вдыхаю и успокаиваю тело [вдох] 2 — Выдыхаю и улыбаюсь [выдох] 3 — Я присутствую в настоящем моменте [вдох] 4 — Я понимаю, какой это прекрасный момент [выдох]

Breathing in, I calm my body. Breathing out, I smile. Dwelling in the present moment, I know this is a wonderful moment. Выполняя такие простые наставления, мы оба добились удивительного результата. Как сегодня помню то совершенно чудесное ощущение вкуса простого присутствия и наслаждения моментом. Просто погружаясь в настоящее, в какой-то миг ты в самой полноте опыта понимаешь, что этот момент и правда невероятно и парадоксально прекрасен. Другого такого не будет, хотя он всегда здесь.

Это неконцептуальное переживание подарило мне ощущение свободы от невроза — привычного мне опыта жизни, в котором мы постоянно чувствуем какую-то нехватку. Иногда явное, а иногда тонкое беспокойство и вечный поиск чего-то отсутствующего в текущем опыте. Именно эта неудовлетворенность называется страданием в созерцательном контексте в первую очередь. Оказалось, что можно жить без нее — и это соврешенно иное качество жизни, которое я больше никогда не смог развидеть.

Сейчас, когда наблюдаю, как по-предпринимательски и серьезно многие подходят к внутренней работе, пытаются ее систематизировать, разложить по полочкам, найти для себя любимого обязательно самые продвинутые лучшие практики, я иногда вспоминаю эту историю. Кажется, что иногда бывает полезным взять самое простое — задания для детей, — но выполнять его искренне и с умом новичка. И, возможно, именно эти качества откроют больше дверей, чем самая прагматичная, нарциссичная или любая иная гонка в точку Б. Из точки неудовлетворенности текущим моментом А, которая сама по себе и является препятствием.