Недавно я вернулась к научпопной книге «Мы — легион. Мы — Боб», которую начинала еще зимой.

Ее сюжет строится вокруг программиста, чей мозг в 2016 году был крионирован, а через столетие оцифрован и загружен в систему межзвездного корабля. Чтобы справляться с объемом задач по поиску обитаемых планет, герой Боб начинает клонировать самого себя.

Критически любопытный момент, который автор описывает с удивительной научной проницательностью: созданные копии — это не стерильные дубликаты. Новые копии Боба берут на себя разные задачи и помогают выполнять больше дел, но каждая копия после создания становится отдельной личностью с собственными предпочтениями: один уходит в исследования, другой берет оборону, третий занимается коммуникацией. Все они происходят от одного исходного сознания и оперируют идентичным набором знаний и функций, но каждая вносит в рабочий процесс уникальное видение, стиль и энергию, изменяя и сам подход к задачам, и даже выбор этих задач.

Я зацепилась за это и полезла гуглить.

— Оказывается, генетически идентичные организмы никогда не бывают полностью одинаковыми. Однояйцевые близнецы, клоны животных, люди с идентичным геномом — все формируются по-разному из-за эпигенетики. Этот механизм включает и выключает гены, не меняя саму последовательность ДНК. Среда, образ жизни и социальные обстоятельства накладывают отпечаток и в конечном счете делают каждого уникальной личностью. Например, у знаменитой клонированной овцы Долли эпигенетический профиль, а именно — рисунок шерсти и физиологические параметры, отличались от ее генетического оригинала. У людей эти различия многократно усиливаются из-за социального опыта.

— А если попытаться клонировать не тело, а сознание? Здесь нас ожидает более фундаментальное ограничение. В 1982 году Вуттерс, Зурек и Дайкс сформулировали теорему о запрете клонирования — ключевой принцип квантовой механики. Она гласит: невозможно создать идеальную копию произвольного неизвестного квантового состояния. Если невозможно точно воспроизвести даже квантовую частицу, то о структуре мозга с его 86 миллиардами нейронов и триллионами синаптических связей говорить не приходится.

И сегодня, как будто в подтверждение, мне попался рилс с фразами плохих руководителей, и среди них — знакомый бриллиант: «Незаменимых нет»

Формально — да, можно найти человека с похожим набором hard skills и посадить его на ту же роль. Но он не предложит ту же идею в тот же момент, не пошутит вовремя, чтобы снять напряжение, не подойдет к задаче с вашей стороны просто потому, что у него другой опыт, другое прошлое, другой рисунок шерсти.

Незаменимость — это не субъективная оценка и не комплимент. Это следствие фундаментальных законов биологии и физики. Другой сотрудник может закрыть задачу, но не воспроизведет ваш cognitive footprint — уникальный след, который вы оставляете в работе.

Поэтому, если возникнет необходимость, тезис о «заменимости» можно парировать конкретным аргументом: «Это противоречит принципам квантовой механики и эпигенетики. Точное копирование невозможно по определению».

Ваша ценность — не в том, что вы делаете, а в том, как вы это делаете. В вашем личном, неповторимом «как». И это — научный факт.