Люблю послушать что-нибудь умное с утра. Тут слушал лекцию про русский космизм. И получил значительно интересную информацию, якобы Циолковский, его основоположник, пришел к нему исходя из концепции Страшного суда: когда все воскреснут, то места на земле точно не хватит…

Был очень удивлен и тут же полез искать подтверждение. Конечно, его не нашел, но обнаружил другого русского философа, Николая Федорова, который жил в то же время и исходил из немного других целей: использовать науку для воскрешения предков.

Мне очень жаль, что лектор пошел на такую явную манипуляцию. Но сама-то идея — хороша. И для меня она звучит так: если вы собираетесь кого-то воскресить, то предварительно необходимо решить вопрос с его местом в текущей жизни.

Жизнь, которую мы знаем, объективно существует в ограниченном пространстве. И это ставит тот самый вопрос: идеи это великолепно, но есть ли реальная возможность и место для её реализации.

Практически это применяется в том числе в анализе: если нужно создать какую-то структуру, то она будет занимать какое-то пространство, готовы ли вы к такому ограничению? И если готовы, то как будете взаимодействовать?

В данном посте — ссылка, как раз писал про взаимодействие внутри общества живых и влияние этого на репутацию. И синтезируя идеи — жизни, репутации и пространства — тут же подняли в моей памяти один интересный фильм, 2015 года — «Он снова здесь»…

Суть очень провокационная и прямо на примере обыгрывает поставленные идеи: Идут последние дни войны в Берлине, бункер Гитлера, точно не помню, что происходит, но последний вместо того чтобы погибнуть, попадает в наше время.

Его воспринимают за актера — идиота, взявшего себе такой провокационный, но непопулярный образ. Это сразу включает современные социальные механизмы. И раз объект жив и жив в нашем времени, то общество начинает с ним взаимодействовать, сначала с небрежным и насмешливым интересом.

Но постепенно, когда злой гений проявляется и начинает говорить — общество слышит в нем не страшного диктатора, а своего, выражающего, пусть и странно, провокационно, но общие социальные проблемы и боли.

Фильм обрывается на признании. Гитлер уезжает на автомобиле с главным редактором какого-то СМИ. Он снова вернулся и едет в своё будущее.

Я понимаю, что режиссер закладывал в фильм один смысл, а считывает каждый зритель как его, так и множество других. Хотя самый простой зритель вполне увидит тут прямые параллели и выдаст их за уникальное прозрение. Мне же важна и интересна сама идея — перерождения, которую так же закладывал в смысл первоначального поста.

Сформулировать её можно так: иногда общепризнанный ужас от репутации такой, что столкнувшись с ним общество инстинктивно «становится слепым», оно не понимает, как себя вести с монстром и начинает его очеловечивать, несмотря на все свои моральные фильтры. Вот такой интересный феномен.

Но это лишь еще один раз подтверждает тезис — пока кто-то жив, потерять репутацию нельзя, можно лишь изменить её знак, а особо яркие изменения возникают из полярных перерождений.

Можно ли это использовать — конечно! Как — уже зависит от морального облика и уровня конкретного индивида. Но помните, что само место для жизни всегда ограничено и чтобы сохранить его, надо заботиться о внешней репутации, пока жив…

Как это реально применить:

Создаете стартап — изучите, есть ли для него место в текущем пространстве, может, вы уже опоздали, а может, общество просто не готово его принять;

Помните о репутации и репутационном авансе, общество щедро им поделится, но может принять вас за другого;

Даже ужасная репутация не приговор, столкнувшись с ней, общество скорее всего найдет иное её осмысление, лишь потому что надо с вами как-то взаимодействовать.