Агата сидела на полу своей новой самостоятельной квартиры. Кругом царил минимализм: в голове - от осознания свершившегося события, в кошельке - после закрытия сделки, в комнатах - от отсутствия какой-либо понятной обстановки. «Что ж! Главное, что теперь это мое!» - подумала она и смело взяла в руки малярный валик. В светло-серый цвет было молниеносно покрыто все: стены, потолок и даже старый деревянный паркет на полу. Практически по центру получившейся капсулы воцарился матрас, облаченный в серое же покрывало. У окна разместилось назойливо яркое старое кресло 50х годов. «А вас я попрошу не выделяться.» - сказала Агата и макнула в ведро с серой краской лохматую кисть... Антон вместе с романтикой привнес в интерьер много нового. Предполагалось, что это будет интернациональный стиль. Матрас был заменен большим квадратным диваном темного цвета, стеллажами и столами на металлических ногах, а на Авито нашлось практически подлинное, как уверял бывший хозяин, кресло «Барселона». Но тут что-то пошло не так и, вместе с тем, как на шторах зависал кот, а краска все больше стиралась с паркета, образуя винтажно-брутальные проплешины, - на стенах начали появляться самодельные графити, жизненные надписи под настроение, а табуретки из икеи превратились в предметы из культовых коллекций группы «Мемфис». «Эклектика, кич или гранж?» - задумалась Агата, записывая на серой стене рецепт кофе акриловым маркером цвета «жидкий хром». «Лофт!» - сказал Антон и прикрутил к стене бра из водопроводной трубы. На свадьбу бабушка подарила семейные ценности (эх, знала бы она, что случилось с креслом): большую люстру с хрусталями, канделябр и портрет очень дальней статусной родственницы в большой золоченой овальной раме. «Вот ты какой, классицизм» - удивился Антон и предложил по случаю перекрасить кухню в лазурно-голубой. Все менялось: окна переодевались в разные шторы - по сезону, по пантону и по фен-шуй. Меняли свои места зеркала, фотографии и постеры на стенах. Декоративные подушки то готовились к рождеству в бархатных зеленых наволочках, то к майским праздникам - в морскую полоску. Орхидеи, замиокулькас, мята в горшках, мамино алоэ переезжали из комнаты в комнату вместе с мелкой и не очень мебелью в поисках идеального места. В один прекрасный день Агата пришла домой и радостно сообщила: «Антонио, у нас будет мальчик и скандинавские обои»! И вот старый паркет в один день был отциклеван и обрел вторую жизнь в своем оригинальном виде в окружении кремовых стен, плетеных кресел, белых льняных штор, мягкого, как кот, хюгге-дивана, чистоты и гармонии. Но, и это длилось не долго. В интерьер ворвалась живая энергия детства, которую с удовольствием подхватили и взрослые, постепенно добавляя в свою жизнь новые обстоятельства и зоны в квартире. Места для игр, учебы, работы, места для сидения и лежания из практичных материалов, в каждой комнате появилась акцентная стена, а на кухне – меловая стена для записей. Нашлось даже место для столовой группы с дизайнерскими стульями разных фасонов и большим плетеным абажуром. Агата подумывала над тем, как бы еще что-то здесь поменять, но ее окликнули. «Мам, я квартиру снял! Сам! Представляешь? В выходные переезжаю. Можно возьму с собой с дачи бабушкино кресло – оно классное, хоть и серое. Будет минимализм!»

Белолипская©