Ну, признаюсь, я слегка погорячилась, объявив о своём уходе в никуда. Как любой адекватный постдекретный организм, подсевший на зарплатный дофамин, я просто нашла себе новую иглу. А красивая фраза «устала на работе» была всего лишь ширмой, чтобы благородно сменить декорации, а не сбежать из театра во время антракта.

Меня ждала новая контора, новый ассортимент (теперь не кабели, а что-то ещё более загадочное) и коллектив, с первого взгляда излучавший спокойствие тихого болота. Но, как выяснилось, под этой гладью скрывался хаос уровня «построить Икею без инструкции, в темноте и с одной отвёрткой». Мой внутренний перфекционист, до этого мирно спавший, взвыл и потребовал навести порядок. Мне страстно захотелось всё снести и построить идеальный склад-конструктор, где всё складывается в понятную схему, а ошибки… Там не было места для ошибок.

Полная энтузиазма, я, как добрый слон в посудной лавке, ринулась нести свет разума. И тут же напоролась на дружный отпор складских долгожителей. Меня встретили тёплыми речами в стиле «А раньше трава была зеленее, и начальники не лезли со своим дурацким здравым смыслом!». Мои попытки объяснить, что таскать тяжести туда-сюда — не лучшая кардиотренировка, что у склада должна быть понятная логистика, что существует ротация – разбились о стену традиций. А когда я робко намекнула, что я тут всё-таки главная, делегация гордо удалилась жаловаться, что «новая ломает нам всю фен-шуйскую организацию пространства».

Мой внутренний тревожник закатил истерику с криками «Я же говорила!». Я с трудом его угомонила и пошла к большому начальству отстаивать свою идею, чувствуя себя оппозиционером на партсобрании. Коллеги, получив сверху кивок «ну делайте уж, если охота», перешли к тактике молчаливого саботажа. Они смотрели на меня с таким видом, будто я предлагаю разобрать сарай голыми руками.

Пришлось пахать в гордом одиночестве. И о чудо! Когда дело сдвинулось с мёртвой точки и стало ясно, что система таки работает, вдруг откуда-то появились помощники — видимо, чтобы успеть запрыгнуть в уходящий поезд успеха.

Систему, кстати, внедрили. И, кажется, она до сих пор работает — как немой укор моему тщеславию.

А главный вывод я сделала простой: хотеть, чтобы тебя обожали подчинённые, — это как ждать благодарности от кота за то, что почистила его лоток. Я поняла, что в начальники была не готова: мне так хотелось оставаться для всех милой и пушистой, что я забыла — иногда нужно быть не подружкой, а тем, кто ставит галочку «Выполнено», даже если для этого приходится быть стервой. А это, как оказалось, куда сложнее, чем разобрать три тонны кабеля.