Итак, первый пункт плана: научиться говорить.
Звучит легко, правда?
Большинство нормотипичных детей постигает азы говорения к 3-5 годам.
Как это вообще работает: в нашем мозге есть зеркальные нейроны, согласно научной теории они нужны для ускорения адаптации детенышей – нейронные связи формируются за счет наблюдения за более сильной и доверенной особью – родителем.
Даже не осознавая этого, мы в общении с младенцем демонстрируем взаимосвязь объект-слово и паттерны поведения: «смотри, это ко-о-ошечка (сопровождаем демонстрацию звуком, жестом, артикуляцией), хоро-о-ошая кошечка (выражение радости на лице указывает, что кошка – это приятно и безопасно)».
Нарушения функционирования зеркальных нейронов рассматривают как одну из причин некоторых психических расстройств (например, аутизма), так как они задействованы в эмпатии, понимании действий других людей и в освоении новых навыков путём имитации.
Благодаря зеркальным нейронам у нас есть общие повторяющиеся действия: мы зеваем, когда кто-то зевает, чувствуем жажду, когда кто-то жадно пьет. Благодаря знаниям этой нейронной фишки были даже раскрыты преступления: психопатов выявляли среди множества подозреваемых благодаря отсутствию ответных рефлекторных действий.
В машинном обучении три основных подхода непосредственно к процессу обучения:
1. С учителем (Supervised learning), когда есть набор данных и правильный ответ: смотри, это существо мягкое, маленькое и говорит «мяу», это не собака, это – кот.
2. Без учителя (Unsupervised learning), когда правильных ответов нет, нужно найти закономерности в данных и сгруппировать их самостоятельно. Тут решается сразу две задачи. Кластеризация: кусаем лимон – кисло, фу, тыкаем пальцем в клопа – пахнет плохо, снова фу. И поиск ассоциативных правил: «купи мороженое» - работает не очень хорошо, а вот «ну пожа-а-алуйста, купи мороженое» - уже получше.
3. С подкреплением (Reinforcement learning) – это принцип «кнута и пряника», плохо учишься – и «ну пожа-а-алуйста, купи мороженое» из п.2 перестает работать.
Обучение говорению человека охватывает все три подхода: мы слушаем и сопоставляем объект с его звуковым образом, учимся правильно произносить звуки и ставить ударения в школе, выбираем правильные слова для каждой ситуации в отдельности.
Когда детеныш становится подростком, родитель теряет свое первенство в процессе обучения через имитацию, у подростков появляются новые объекты для подражания: старшие в компании, любимые артисты, блогеры, тренеры и т.д.
Когда подросток становится взрослым, он получает замечательное умение – выбирать. Мы начинаем не слепо следовать за более сильными, а избирательно собирать необходимые для себя навыки, тщательно оценивая компетентность и надежность источника. «Учиться у лучших» - слоган про это.
Так я попала на курсы к телеведущей Ирине Россиус, лицу «Вестей» на нашем телевидении. Мы учились дышать, артикулировать, успокаиваться, а также примеряли на себя новые роли. Я потела как мышь, десятками записывала и перезаписывала домашние задания (голосовые и видео). Где-то внутри меня ликовала нереализованная актриса.
И выходило неплохо! Мы понизили тональность, выбрали ритм, подходящий моему дыханию, почистили паразитов в речи, научились гасить бурные реакции на неудобные вопросы и управлять телом.
Так я научилась хорошо говорить и скрывать под улыбкой и мнимым спокойствием умирающего от ужаса внутреннего интроверта.
