Мысль о том, что «я ценна просто потому, что существую», для психики, выросшей в условиях условной любви, звучит как абстрактная, ничего не значащая фраза. Ее нельзя просто принять умом. Ее можно только прочувствовать, исцеляя свою детскую травму.