Мой телефон подал признаки разумной жизни. Рекрутер. Голос масляный, как итальянское мороженое.

— Денис, вас беспокоят из «Международных Перспектив»! Мы в восторге от вашего резюме! — Я мысленно похлопал себя по плечу за графу «командный игрок-одиночка».

— Представляете, — продолжал он, — компания «Global Ambition Systems»! Штаб-квартира где-то там, где альпы и сыр с дырками. Ищут юриста, который построит им правовой Стоунхендж на диких просторах России. Задачи! — Он произнёс это слово с придыханием, будто речь шла о полёте на Марс. — Вызов! Масштаб!

Мой внутренний голос уже прикурил виртуальную сигару и заказал себе лимузин. Иностранцы! Амбиции! Я уже видел, как поправляю галстук перед созвоном с Женевой.

— Итак, Денис, компания готова предложить вам конкурентоспособную зарплату, — его голос зазвучал как труба архангела, возвещающая о рае.

Я приготовился услышать цифру, от которой закружится голова.

— Сто двадцать тысяч рублей! На руки!

Тишина в трубке стала такой густой, что её можно было резать ножом. Мой мозг, только что паривший над Женевой, с грохотом приземлился в сугроб где-то в Балашихе.

— Понятно, — выдавил я, чувствуя, как лицо растягивается в саркастической ухмылке. — То есть, ваши «глобальные амбиции» по размеру совпали со стипендией моего племянника-первокурсника? Правовой Стоунхендж вы предлагаете строить из бюджетного картона?

— Ну-у… — попытался вставить рекрутер.

— Это гениально! — перебил я. — Я так понимаю, «системы» у вас эконом-класса, как и «амбиции»? Вы хотели найти архитектора, а бюджет рассчитали на разнорабочего с тачкой. Уважаемый, мне айтишник-стажер кофе наливает за бОльшие деньги!

С другой стороны повисло смущённое молчание.

— Знаете что? Желаю вам найти того самого безумного энтузиаста, который согласится за эти деньги бороться с ветряными мельницами… то есть, с российским Налоговым кодексом. А у меня, простите, собственный кот проводит рейд на мою котлету — вот это хоть реалистичные KPI.

Я положил трубку. Смех? Да. Грех? Нет. Это был акт самосохранения.

А телефон через минуту снова зазвонил. На экране было: «Мама». Наверное, спросить, купил ли я хлеб. Что ж, хоть кто-то ставит адекватные и выполнимые задачи.