Давно не была — после операции в мае были ограничения, потом свадьба, потом просто жизнь.

Для меня контакт с телом — важная штука: когда он есть, я возвращаюсь в себя, вылажу из головы (а я много живу в голове и много рационализирую), контакт с телом помогает мне не думать.

Вот я на коврике, тренер ходит между людьми — кому-то поправляет спину, кому-то говорит вытянуть ногу, кому-то напоминает про дыхание.

И я слушаю.

И каждый раз, когда она кому-то говорила «подтяни живот» или «вкрути копчик», — я автоматически делала то же самое.

Уже после тренировки иду, шатаюсь, бью листья ногами, некоторые подбираю — красивые сейчас, золотые. Думаю про тренировку, про тело.

В детстве я много лет занималась спортом, дольше всего — художественной гимнастикой и бальными танцами, по пять лет на каждый из них ушло.

И там, и там было одно негласное правило, его никто не объяснял, но все знали — и дети, и мамы: если тренер делает замечание кому-то одному, остальные тоже проверяют себя. В этом не было конкуренции, просто общая культура внимания.

В зале тренер не всегда может уделить внимание каждому, но все старались слушать даже чужие замечания — вдруг в них окажется что-то твое.

И мама всегда говорила: «смотри внимательно. слушай, даже если не тебе говорят, учись на чужих ошибках — это бесплатно».

И вот я стою на растяжке двадцать лет спустя, и делаю все ровно то же самое: если кого-то разбирают или дают обратную связь — я автоматически примеряю это на себя, все, что попадает в поле зрения, становится материалом для проверки на своей стороне.

Это, наверное, про внимательность вообще, тихий способ учиться.

Я уверена, вы уже поняли, что я так делаю не только в спорте. Но я оставлю эту мысль здесь, в моменте и радости от того, что удалось отследить вот такую фоновую фичу.