С правиоьным человеком начинаешь любит себя сильнее, а с неправильным?

Вопрос на первый взгляд столь простой, касается, однако, самой сердцевины той загадки, что зовется нами самими. Вопрос о том, как Другой становится зеркалом, в котором мы обретаем или теряем собственное отражение.

С «правильным» человеком тем, чье присутствие подобно свету, падающему под верным углом, случается любопытная метаморфоза. Ты начинаешь видеть в этом стекле не искаженный лик, навязанный прошлыми тенями, а черты, которые, быть может, всегда в тебе дремали. Он не создатель твоей ценности, а ее катализатор. Его взгляд, лишенный требований и осуждения, поначалу кажется чужим, ты ждешь привычной критики, готовишься к обороне, но ее нет. Постепенно , шаг за шагом, ты осмеливаешься признать: а что, если он видит истину? Что если неуверенность, всего лишь дурная привычка, миф, а не реальность?

Такая связь, тихая комната, где можно, наконец, снять доспехи. В его молчаливом принятии ты обнаруживаешь смелость быть уязвимым. А в этой уязвимости, как это ни парадоксально рождается подлинная сила. Ты не любишь себя за что-то, ты просто позволяешь себе быть. И это «бытие» обретает ценность, он становится соучастником в открытии твоего собственного, забытого «я».

С «неправильным» же, все оборачивается иной, мрачной стороной той же медали. Его зеркало кривое, оно уродует черты. Ты вглядываешься в него и видишь лишь недостатки, преувеличенные до гротеска. Его слова, его обиды, его неоправданные ожидания, все становится системой, производящей сомнение. «Достаточно ли я хороша? Умениа? Интересна?». Вопросы эти, словно ядовитые ростки, прорастают в тебе, отравляя почву, из которой могла бы произрасти любовь.

Ты начинаешь подстраиваться, менять форму, ломать собственные контуры, чтобы хоть как-то совпасть с искаженным отражением в его глазах. Это путь самоотречения, постепенно ты теряешь не просто уверенность, ты теряешь память о том, каким ты был до того, как взглянул в это зеркало. Любовь к себе здесь не угасает, ее методично вытесняют, подменяя навязчивой идеей стать тем, кем ты, по его молчаливому приговору, не являешься.

Выбор спутника. это всегда, осознаем мы то или нет, выбор и того, кем мы сами себе позволим стать. Один станет союзником в долгом путешествии к собственному я. Другой, его тюремщиком. И в конечном счете, вопрос «кого я люблю?» неразрывно сплетен с другим, куда более важным: «в ком я позволю в себе себя полюбить?».