Для меня важно не допускать ошибок и правильно оценивать риски. Для этого, я пользуюсь классической логикой, не классическим способом.    Более того, будучи подвержен дементофобии (боюсь дементоров 😆), я только в логике и нахожу утешение, она стала опорой для моего параноидального рассудка.    Сегодня я Вам хочу рассказать о не классическом способе логического рассуждения, в рамках классической логики.    Вся реальность - текст. Пусть у нас есть задача, она - тоже текст. Изучая что-либо, объект, систему, проблемное поле, мы изучаем контекст, в котором следует выполнить задачу.    М. Мамардашвили в одной из лекций, рассуждая о том, чем философ отличается от всех прочих, пришёл к умозаключению: философ - держит всё здание, всю ментальную конструкцию, в голове, целиком. Если мы хотим безошибочное решение, то нам придется превратиться в таких философов.    Например, у меня есть задача: подчинить своей воле лошадь. Задача - это текст.    Мне нужно понять контекст. Я максимально опустошаю свои мысли, очищаю восприятие. Я смотрю на неё, оцениваю её силу, поведение, настроение, запоминаю, как она движется, улавливаю закономерности. Составляю портрет у себя в голове - её образ, в деталях. Пробую подойти, смотрю, как это её изменяет, подбираю движения…    Все мои действия абсолютно подчинены Задаче. Если нужно, я буду тихо и спокойно с ней разговаривать, если нужно, накормлю морковкой, поглажу, или даже отойду и приду в другой день, чтобы она ко мне привыкла.    Лошадка пугливая, может испугаться собственной тени, это часть её образа. Использую освещение, так чтобы тень не попадала в её поле зрения, ничто не появлялось резко или внезапно.    Наступает момент, когда я изучил контекст: я могу в деталях описать характер лошадки, чем она дышит, понимаю мельчайшие перемены в её настроении, как на неё влияет окружение и чего от неё можно ожидать в любой момент времени. И даже если она от меня убежит, то я знаю, где она будет меня ждать.    В этот момент контекст становится управляемым. Мне не нужно его менять, он такой, какой есть. И есть я, одержимый Задачей, я лишь нахожу контексту применение.    Итак, у нас две посылки:

1. Я - текст;
2. лошадь - контекст.  Мы - текст, связаны средним термином.  Согласно закону категорического силлогизма, наступает закономерное следствие, которое не было текстом: всадник.    Теперь новая Задача: проехать из пункта А в пункт Б. Мы одержимы Задачей. Теперь мы - текст. Рельеф - контекст… И так далее. Мы свиваемся в двойную спираль с этой реальностью, стремясь к абсолютной адекватности друг другу.    Задачу всегда ставлю себе я. Но я могу принять задачу, которую ставит наниматель, если это соответствует моим целям.    Так и работает прелесть, со стопроцентной результативностью. Для того, чтобы она работала, нужно полное описание участка реальности, нужен его достоверный образ, помещённый в сознание целиком. Тогда развитие реальности становится закономерным, предсказуемым и - управляемым.    В каком-то смысле, в тот самый момент, когда контекст становится изучен, вы-текст становитесь подобны Нео, в момент, когда он дешифровал Смита (контекст). Это качественно иной уровень умозаключений, не привязанный к формулировкам посылок, но сохраняющий структуру логического рассуждения:
3. А=А; если А, то не-А; если А и не-А, то Б.
4. Б=Б; если Б, то не-Б; если Б и не-Б, то В.  3)…  N) Х=Х; если Х, то не-Х; если Х и не-Х, то А.  (Согласно закону достаточного основания)    Такая вот прикладная философия. Простейшее, но, если вдуматься, то нет ничего сложнее.