Глава 5, часть 2: Облако тегов

Я понял. Проблема была не в компетенциях. Проблема была в совести. В том самом рудиментарном органе, который у таких людей, как мы, давно атрофировался. У этого «актива» он вдруг начал регенерировать. И это было опаснее, чем любой шпионаж или саботаж.

— Вы хотите, чтобы я его заменил? — спросил я, хотя знал, что ответ будет отрицательный.

— Нет, — клиент качнул головой. — Заменить — невозможно. Слишком много контекста, слишком много нитей в руках. Это все равно, что заменить процессор в работающем суперкомпьютере на лету. Риск коллапса. Нужно… перепрошить. Вернуть в исходное состояние. Без потери данных и функциональности.

Тишина повисла густая, как смог. Он говорил о самом страшном, что может быть в нашем мире. Не об увольнении. О корректировке личности. О точечной лоботомии, которая убьет в человеке одни нейронные связи и усилит другие.

— Это невозможно, — сказал я, вслух озвучивая то, что было первой, инстинктивной мыслью.

— За обычные деньги — да, — согласился клиент. — Но мы не говорим об обычных деньгах. Мы говорим о ресурсах. О доступе к закрытым исследованиям в области нейронаук, behavioral economics, социальной инженерии. У нас есть… прототип. Система. Ей нужен пилот. И ей нужен архитектор процесса. Тот, кто знает, как разобрать человеческую психику на составные части и собрать обратно, с нужными акцентами. Ты — лучший HR-инженер в стране. Ты не подбираешь людей. Ты их… проектируешь. Это — следующий уровень.

Мне стало физически холодно. Это был не страх. Это был восторг. Темный, липкий, абсолютно запретный. Это был вызов, перед которым меркли все мои предыдущие «кейсы». Не работать с последствиями AI, а работать с самой первопричиной — с человеческим сознанием.

— Имя «актива»? — спросил я, уже зная, что спрошу.

— Позже. Сначала — согласие.