Я не перестану делиться опытом своих клиентов. Как же не делиться если есть чем! Елена, 34 года. 8 лет в продажах B2B, затем декрет — 2,5 года.

Лена была уверена, что за время декрета “мир перевернулся”. Ей казалось, что её “старые” инструменты теперь не работают. Лена постоянно повторяла, что не умеет и не хочет продавать, “как в инстаграме”, мол, нужно быть блогером, как Геребенюк, нужно БЫТЬ ИМ, чтобы что-то продать! А я так не умею и не хочу. Боялась вопросов на собеседовании о декрете, была уверена, что работодатель увидит в ней только “маму, которая в любой момент сбежит к ребенку”. И, конечно, глубокое чувство вины за то, что хочет работать😔

Что мы сделали:

1. Разобрали её страхи, поработали с установками, тут дело шло медленно, но уверенно!

2. Провели “технический аудит” рынка. Вместе изучили вакансии и убедились: да, digital-навыки важны, но большинство работодателей в B2B и сейчас ищут не блогеров, а людей, умеющих договариваться, слышать клиента и закрывать сложные сделки. И о чудо, ее “старые” навыки оказались как раз фундаментом!

3. Мы не скрывали перерыв. Вместе прописали, какие навыки она прокачала, будучи мамой двоих детей. Например, искусство переговоров с трёхлетним «клиентом»😂. Это оказался сильнейший аргумент.

4. Сменили фокус с “как продают все” на “как продаю именно я”. Не изменили её стиль — мы его усилили. Составили резюме и самопрезентацию, где “старая школа” продаж подавалась как ключевое преимущество в мире холодных лидов.

5. Провели “генеральную репетицию”. Мы проиграли самые страшные, пугающие сценарии собеседований и провернули страх перед вопросом о декрете в сильную, уверенную историю.

РЕЗУЛЬТАТ:

Через 2 месяца Лена вышла на работу менеджером по развитию ключевых клиентов. Ей не пришлось становиться блогером, хотя она могла бы!💯.

Самое главное — ЗП выше, чем была до декрета. Потому что она продавала не «пробел в опыте», а свой уникальный опыт!

Вывод (который повторяется снова и снова):

Ваш опыт и навыки — не недостаток, а фундамент и актив. Страх чаще всего говорит нам не о реальных угрозах, а о том, что мы смотрим не в ту сторону.