"Оно ненавидит свет - говорил он, проводя пальцами по холодному контуру второго рта - Когда я смеюсь, оно скрипит зубами. Когда я плачу, оно ухмыляется".

Проведя детство в уединении, Эдвард Мордрейк раскрылся как юноша с исключительным даром. Его незаурядный ум сверкал, словно драгоценный камень. Сочиняемая им музыка пробуждала в слушателях глубокие переживания, а написанные стихи были пронизаны скорбью о недосягаемой красоте мира. Но за каждым созданным творением таилась мрачная тень дарованная при рождении - второе лицо, которое, согласно свидетельствам немногих приближённых, ночами напевало Эдварду зловещие проклятия.

С момента рождения дом знатной английской семьи Мордрейков превратился в крепость скорби. Слуги то и дело перешёптывались между собой, что по коридорам бродит не один хозяин, а двое. Один - в теле, другой - в отражении зеркал. Эдвард пытался завязать второе лицо шёлковой лентой, но наутро обнаруживал её разорванной в клочья. Он молил врачей удалить "паразита", но те, взглянув на аномалию, отступали в суеверном страхе. И когда луна, будто бесстрастный судья, нависла над Лондоном, Эдвард внезапно исчез. Его нашли на рассвете в библиотеке - бездыханного, с зажатым в руке письмом, в котором неровными, трепещущими буквами было начертано:

"Оно победило. Его шёпот стал моим голосом. Пусть земля скроет нас обоих".

По легенде, второе лицо на его теле продолжало улыбаться даже после смерти. Похоронили Эдварда в свинцовом гробу, а над могилой воздвигли крест без имени, чтобы никто не вспоминал о том, кто стал мостом между миром живых и царством невысказанного ужаса.