Реальны не теории, а потребности, которые они удовлетворяют: в простоте, в смысле, в принадлежности, в ощущении особого знания Настоящие заговоры слишком приземлённы, чтобы быть захватывающими. А самые живучие теории — те, что никогда не могут быть окончательно опровергнуты, потому что их доказательство — в самой их непроверяемости.

Так что если и есть «реальная теория заговора», то она звучит так: «Власть (любая) стремится сохранить и приумножить себя, используя тайну там, где это выгодно. А люди, чувствуя это, достраивают картину до эпических масштабов, потому что сказка о рептилоидах понятнее, чем скучный отчёт о лоббировании