На интересную мысль меня натолкнула дискуссия (неожиданно) в Сетке. Спасибо уважаемому Максиму Сладкову за пищу для ума (кстати, подпишитесь на него и поставьте лайк).

В общем, суть проблемы заключается в следующем. Российское гражданское право в части защиты авторских и смежных прав построено по такой модели: презюмируется, что правообладатель должен сам активно отыскивать нарушителей своих прав, предъявлять им претензии и требовать компенсации за нарушение права. Определенная экономическая логика в этом есть: государство путем перекладывания заботы и всех сопутствующих расходов на правообладателя понуждает его самого активничать в защите принадлежащих ему объектов интеллектуальной собственности, а если не нашел нарушителя – прости, друг, работать по этому вопросу никто не будет.

Но на практике стартапы, единственный актив которых – идея, зачастую еще не реализованная, сталкиваются с откровенным воровством своих объектов интеллектуальной собственности в момент питчинга идей инвесторам. То, что для стартапера – надежда на успешный бизнес, в которую он вложил всю душу, для крупного инвестора – всего лишь одна из гипотез, выстрелит-не выстрелит. Крупные стартап-хантеры могут себе позволить тестировать запуск сворованных объектов интеллектуальной собственности, не боясь провала, потому что для них это не единственный источник дохода.

А когда у стартапа идею уже своровали, предприниматель не может идти наказывать нарушителя через суд. У него и так денег нет, а еще и надо юристов нанять, заплатить за госпошлины, экспертизы и так далее.

То есть получается, что сейчас у бизнеса запрос не на то, как наказать, а как не дать своровать!

И когда смещаешь фокус в эту сторону, понимаешь, что на самом деле часть 4 ГК РФ действительно помогает тут мало!

Какие инструменты, как мне кажется, тут придут на помощь:

- однозначно на старте переговоров заключение соглашения о неразглашении конфиденциальной информации. Нормального, детализированного и разработанного юристом, а не скачанного из интернета, в котором будет прописано, что именно стороны считают КИ, какой порядок передачи КИ, какие меры стороны должны предпринять по обеспечению защиты КИ, что конкретно считают разглашением КИ и так далее. За каждое нарушение – убыток. Передавать всю КИ по защищенным каналам связи, идеально – с подписанием акта приема-передачи, да еще и дополнительно прописать, что из передаваемого является объектом авторского права. Поскольку авторское право на объекты интеллектуальной собственности возникает без какой-либо регистрации, то тут при малейшем нарушении сразу предъявить два требования – о взыскании штрафов за разглашение конфиденциальной информации и о взыскании компенсации за нарушение авторского права.

- если переговоры не выстреливают и инвестор сливается в последний момент, можно попробовать применить статью за недобросовестное ведение переговоров - 434.1 ГК РФ. Недобросовестным поведением признается, например, вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной – как раз история стартап-хантеров. Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки - расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом. Тут уже вопрос доказательств, как зафиксировать несение убытков и определить их размер, но в принципе такой инструмент законодательством предлагается.