В 1864 году Александр II подарил России судебных следователей. Забрал предварительное следствие у полиции и отдал его суду. Все правильно и красиво. Мы до сих пор пользуемся этими последствиями — экспертизы до сих пор называем судебными. Не полицейскими и не прокурорскими.

Спустя 160 лет приходится слышать от следователя:

— Семь человек говорят, что ваш доверитель виноват. Они не могут врать одинаково. Не согласны — назовите хотя бы один мотив такого оговора.

Пардоньте, но ведь адвокат не вызывает свидетелей, у меня даже нет повесток, я не провожу очных ставок, и в моем портфеле нет детектора лжи. Но по логике следствия выходит, что бремя доказывания невиновности теперь все же лежит на мне. И это, видимо, такая состязательность на современный манер. Один — облечённый властью и процессуальными инструментами, второй — с ручкой и блокнотом.

Другой следователь просто поехал к доверителю домой и изъял его телефон. В телефоне — переписка со мной, как адвокатом, что безусловно охраняется Законом об адвокатуре. Несмотря на эти "формальности", следователь приобщил переписку к делу в качестве доказательства его вины.

"Суд разберётся" — говорят мне следователи в обоих случаях.

Оба дела скоро уйдут в суд.

Я всё пытаюсь понять: зачем в таком случае вообще предварительное следствие? Если не разбираться, не проверять, не искать, не устанавливать, не сопоставлять показания и доказательства — а просто передать дела в суд, который к слову сказать и вовсе не наделён функцией обвинения. Суд лишь оценивает доказательства, представленные сторонами. Становится это все похожим на некую конвейерную ленту между «возбудили» и «осуждайте».

Адвокату не нужны властные полномочия. Я не прошу право на допрос свидетелей. Я прошу только одного: чтобы следователь делал свою работу: искал истину, а не добивался признания; проверял версии защиты, а не ждал, что я принесу ему мотив оговора лгунами в конверте; понимал, что переписка с адвокатом — это не вещдок, а место, куда ему вход воспрещён.

Я всё же верю, что когда-нибудь мы вернемся к заложенной Александром II концепцией разбирательства в ее правильном виде. Следствие в итоге станет тем, чем задумывалось, состязательность — честной игрой по правилам, а не фокусом с исчезновением адвокатских прав.

Лови спасательный круг ⚖️ будем на одной волне

В этом посте были ссылки, но мы их удалили по правилам Сетки