Почему Гай Ричи поставил Мориарти на место Ватсона, и как это связано с нежеланием стрелять Я зависла в «Молодом Шерлоке». Гай Ричи и Энди Лейн, видимо, посовещались и решили: а давайте-ка сделаем то, что раньше никому в голову не приходило. И сделали.
С сюжетами Конан Дойла сейчас возиться — как с пережёванной жвачкой: уже невкусно. А вот персонажи — да. Они же как хороший винтаж: с годами только ценнее.
И тут, конечно, главный фокус, который провернул сэр Артур — это пара «Шерлок — Ватсон». Потому что с рассказчиком в детективе вечная беда: как сделать так, чтобы и читателя заинтриговать, и карты не раскрыть раньше времени? У Эдгара По рассказчик — просто функция, безликая камера. Уилки Коллинс додумался дать рассказчикам характер. А Конан Дойл пошёл дальше и создал Ватсона. С прошлым, с афганским синдромом, с обожанием Холмса и ровно с той степенью наивности, чтобы мы до последнего не догадывались, кто убийца.
И чем дальше, тем Ватсон становится важнее. Моё поколение застало обаятельного Соломина — он там вообще ни в чем не уступал Холмсу, скорее дополнял. Потом пришел Мартин Фримен, живой, дерзкий, с иронией. В «Элементарно» Ватсона вообще сделали женщиной — и это сработало. А в «Страйке» или «Докторе Хаусе» этот архетип уже окончательно вышел из тени и запел сольно.
Мориарти тоже всё это время перекраивали, перешивали и подгоняли под новые времена. Но чтобы поставить его на место Ватсона? Такого не было.
И я, досмотрев, стала лихорадочно соображать: где та самая точка невозврата? С какого момента их дороги начали расходиться?
Кажется, я поняла. Это момент, когда Мориарти убил человека.
Крови в сериале, конечно, навалом, но есть нюанс. Одно дело — палить по толпе злодеев, которые на тебя прут, как зомби в хорроре. И совсем другое — выстрелить в живого, смотрящего на тебя человека.
Шерлок в последний момент хватает веревку, по которой пытается ускользнуть китайская наёмница Шуан. И она кричит ему: «Я не боюсь смерти! А ты? Ты не боишься убить?»
И Шерлок её отпускает.
А Мориарти — трясущимися руками, случайно, в панике — нажимает на курок и валит французского солдата. И вдруг осознаёт: да ничего страшного. Нет, правда. Мир не рухнул, совесть молчит, а руки больше не трясутся.
И вот она — точка бифуркации. Шерлок не хочет убивать. Мориарти — может. Именно поэтому Мориарти так легко находит общий язык с сестрой Шерлока, которую воспитал тот самый инфернальный папаша. Она — холодная, расчетливая, опасная. Она из того же мира.
А Шерлок — нет. И ему, чтобы не свихнуться, придется найти Ватсона, надеть дурацкую шапочку и поселиться на Бейкер-стрит. Чтобы однажды встретиться с бывшим другом у водопада.
И знаете, что странно? Я всегда думала, что Гаю Ричи на такие моральные дилеммы наплевать. Он же про стиль, драйв и мальчишескую эстетику. Может, постарел и задумался. А может, я просто себе додумала. Но сериал от этого не менее крутой.
