Представьте: вы приходите в овощную лавку, набираете что-то в корзинку на 1000 рублей, протягиваете купюру лавочнику. Продавец её принимает, но… прежде чем положить в кассу, отрывает от неё маленький кусочек и отправляет в специальный конвертик с надписью «Банк». Потом лавочник несёт надорванную купюру продавцу газет или книг, а тот покупает на неё же свежий круассан и ароматный кофе... и каждый раз продавец снова и снова отрывает кусочек от банкноты... Именно так работает банковский эквайринг, просто многие этого не замечают. Когда вы платите картой, банк берёт комиссию у продавца. Продавец не оплачивает комиссию из своего кармана — он просто отдает банку часть ваших денег (той самой суммы, что вы перевели), которые при множестве транзакций просто испаряются по дороге, оседая в банке.

Если бы с каждой сделки с ней происходило то же, что с безналом, то: 1-я транзакция: 1000 ₽ → оторвали 30 ₽ (банку), осталось 970 ₽. 2-я транзакция: 970 ₽ → оторвали 29,1 ₽, осталось 940,9 ₽. 3-я транзакция: 940,9 ₽ → оторвали 28,23 ₽, осталось 912,67 ₽. … 10-я транзакция: осталось 737,42 ₽ (купюра похудела на 26%). 20-я транзакция: осталось 543,79 ₽ (уже почти вдвое меньше). 50-я транзакция: осталось 218,29 ₽. 100-я транзакция: осталось 47,55 ₽ (это уже не купюра, а жалкий огрызок). 150-я транзакция: осталось 10,37 ₽. 200-я транзакция: осталось 2,26 ₽. 250-я транзакция: осталось 0,49 ₽ — формально купюра ещё существует, но её номинал ниже минимальной монеты.

При комиссии 3% виртуальная купюра в 1000 рублей «умирает» примерно через 250 транзакций. К счастью, бумажные деньги так не работают. Одна и та же тысяча рублей может переходить из рук в руки сотни раз, и её номинал остаётся неизменным. Банки получают своё за инкассацию, пересчёт и хранение, но не за каждое прикосновение покупателей к деньгам.

А вот безналичный рубль… каждый раз, когда он перемещается от покупателя к продавцу, от него «отстригается» комиссия. Он медленно уменьшается в реальном номинале, перетекая в доход банковской системы и разгоняя цены.