Устойчивость vs сложность: куда двигаться мировой экономике?
В прошлый раз (Предел вещей: сможет ли экономика адаптироваться? ) мы обсуждали зависимость развития экономики от количества личных вещей человека на различных этапах становления социально-экономической системы. Невозможно обойти стороной такой важный вопрос, как её устойчивость.
Несколько лет назад я открыл для себя творчество Нассима Талеба. И понял, что это хорошо. А больше всего мне понравилась его книга «Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса» (другие тоже хороши — крайне рекомендую). Мне понравилось его применение понятий хрупкости, антихрупкости и неуязвимости для различных систем, в том числе и для экономики.
Наша социально-экономическая система проделала огромный путь и развивалась от состояния, близкого к неуязвимости в каменном веке, в сторону увеличения хрупкости. Это — следствие усложнения и возникновения всё большего количества внешних и внутренних связей.
Основным фактором усложнения экономики выступила кооперация труда. Она привела к его специализации и последующему развитию технологий. Но при этом каждый виток развития и усложнения вызывал всё больший рост взаимозависимости. Малые группы, где каждый индивидуум обладал минимальным набором инструментов выживания, были независимы друг от друга, а проблемы решались локально. Но с ростом уровня кооперации зависимость одних групп от других всё возрастала, а логистика (от зерна из Египта в Римскую империю и до ближневосточной нефти для всего мира) была поставлена во главу угла.
Почему же возрастала неустойчивость? Помимо усиления взаимосвязанности, вину можно возложить и на принцип «слабого звена». Так как для сложных систем требуются строгие условия функционирования, сбой в самом ненадёжном звене может привести к коллапсу всей системы.
Текущая военно-политическая ситуация хорошо подсветила проблему уязвимости современной экономики — сложной и многоуровневой системы, где все связаны со всеми. Да, конечно, Ближний Восток — это своеобразное энергетическое “бутылочное горлышко”, но именно в таких местах стрессоры должны проверять системы на устойчивость. Аналитики рисуют ужасные картины слома всей системы уже в ближайшем будущем. При этом каскад проблем, начавшийся в ТЭК, уже грозит перекинуться на сельское хозяйство и далее — вверх согласно уровням пирамиды Маслоу.
Адепты глобализма, которые до этого нещадно шельмовали локализацию и самодостаточность, явно не имеют в запасе чудесной панацеи от текущих проблем. Всё, что нам предлагается, — это плацебо в виде цифровой экономики и жизни по подписке. Отказ от текущего тренда не рассматривается даже в качестве альтернативы.
При всём этом достижение самодостаточности (производственной автономии), которое ещё недавно представлялось архаичным, не отвечающим духу времени, противоречащим идеям экономического либерализма, уже сейчас является частью стратегии национальной безопасности многих стран.
С точки зрения сложности системы такой подход определённо можно рассматривать как шаг назад, но что, если сместить акцент на её итоговую устойчивость?
