Мировые цены на пшеницу за два месяца выросли более чем на 20% — с уровней конца февраля они уверенно движутся вверх и сейчас находятся в районе отметок, которых не достигали несколько лет. Это не биржевой шум: за движением стоит несколько факторов, которые сошлись одновременно и взаимно усиливают друг друга.

Первый — удобрения. Персидский залив обеспечивает около 30% мирового производства азотных удобрений, и с началом конфликта в регионе этот рынок резко переоценился — плюс 75% с начала года. Проблема в том, что этот рост пришёлся именно на момент посевной в северном полушарии. Азотные удобрения вносятся весной, под яровые, и их стоимость напрямую входит в себестоимость урожая, который будет убран осенью. Рынок не ждёт осени — он закладывает это в цену уже сейчас.

Второй фактор — погода. Засушливые условия в ряде крупных зернопроизводящих регионов добавляют неопределённости в прогнозы по урожаю. Сам по себе этот фактор не критичен, но в сочетании с удобрением он создаёт достаточно оснований для пересмотра ожиданий по предложению на мировом рынке. Два независимых сигнала, накладываясь, дают рынку вполне рациональную причину для роста.

Если смотреть на более длинную историю, пиковые значения 2022 года были во многом паническими — рынок тогда реагировал на мгновенное закрытие крупного экспортного коридора, это была эмоциональная переоценка. Последующие четыре года представляли собой постепенное охлаждение и нащупывание нового равновесия. Нынешний рост устроен иначе: он медленнее, но опирается на реальные изменения в структуре затрат и производственных прогнозах. Это делает его потенциально более устойчивым.

Для мирового продовольственного рынка это означает перераспределение давления по всей цепочке — от производителя зерна до конечного потребителя хлеба и кормов для животноводства. Страны с высокой зависимостью от импорта зерна и одновременно слабыми валютами оказываются в наиболее уязвимом положении: они платят больше в твёрдой валюте за импорт, который дорожает. Именно в таких ситуациях продовольственная инфляция превращается из экономической темы в социальную.

Вопрос, который рынок сейчас пытается нащупать — насколько текущий рост отражает реальное изменение фундаментальных условий. Урожай будет виден только осенью, ситуация с удобрениями может стабилизироваться, погодные прогнозы — пересмотрены. Но в продовольственных рынках ожидания сами по себе формируют реальность: закупочные решения принимаются сейчас, контракты подписываются сейчас, и это движение цены уже стало фактом вне зависимости от того, чем закончится посевной сезон.