Мы не виделись два года. И вот она звонит: сбежала из дома, идет совершать попытку суицида.

И перед этим звонок мне. Не родителям и не друзьям, а психологу, с которым работала два года назад.

В этот момент она уже была в состоянии, где решения почти нет. Мы разговаривали, я попросила ее выбросить лезвие и параллельно вызвала скорую. Пока они ехали, я была с ней на связи. Скорая приехала быстро и ее забрали.

Жива.

Дальше я уже связывалась с родителями. Я спросила: — вы были у психиатра? — да — назначили лечение? — да — принимаете? — нет, мы решили обойтись без таблеток

И вот это — реальная причина, с которой потом работают специалисты. Не «подростковый возраст», а решения взрослых.

Доверие к психологу — это не про «мне комфортно».

Это про то, кому в критический момент человек выбирает позвонить. И если он выбирает специалиста, значит, там была опора.

Но одной терапии недостаточно, если дальше взрослые игнорируют рекомендации.