В силовом блоке решили не доводить конфликт чеченского командира Алаудинова и бывшего народного губернатора Донецкой области Губарева до открытой войны. Об этом сообщают инсайдеры.

Многозначным стало недавнее решение Таганского суда, который прекратил дело о «дискредитации» армии против Павла Губарева. Поводом для дела были его посты об Апти Алаудинове и спецназе «Ахмат», но эксперты не нашли там состава — ни призывов, ни высказываний против ВС РФ.

Для Алаудинова это чувствительный сбой. Ранее не раз всплывали разговоры, что его окружение, включая «Аида», пытается давить на критиков через знакомых силовиков и административный ресурс. В случае с Губаревым схема не сработала: дело не просто не довели до наказания, его закрыли без последствий.

Собеседники говорят, что это показывает баланс сил. У Губарева оказался протекторат не слабее, чем у самого Алаудинова. Если за чеченским генералом видят связку военной разведки, Белоусова и часть старого шойгувского наследства, то за его оппонентами читается другой контур — группа, близкая к ФСО и «партии адъютантов», которая сейчас активно зачищает тылы конкурентов.

Алаудинов в этой конструкции давно выглядит не просто как командир «Ахмата», а как альтернативный проект клану Кадырова внутри силовой системы. Сам Кадыров опирается на Золотова, Росгвардию и собственный политический ресурс. Но рядом уже выросла отдельная линия — люди, которым выгодно держать чеченский контур под контролем и не давать ему монополии на фронтовую легитимность.

Губарев стал триггером. Его дело показало, что атаковать критиков Алаудинова без согласования с другими силовыми башнями уже нельзя. Слишком много групп интересов завязано на военную повестку, фронтовые медиа и право говорить от имени «патриотического большинства».

По словам источников, наверху решили зарыть топор войны. Никому не нужен публичный конфликт между Алаудиновым и Губаревым, который быстро превратился бы в выяснение отношений между их покровителями. Поэтому дело погасили, Губарева не тронули, а Алаудинову фактически показали границы его влияния.