МЕБЕЛЬ ТОЖЕ ДОРОЖАЕТ. НЕОЖИДАННО, ДА?

Пишут, что власти снова обсуждают заградительные пошлины на мебель из “недружественных” стран. По рынку гуляют оценки в районе 35–50%, чтобы защитить российских производителей. Похожую инициативу мебельщики уже продвигали: Ассоциация предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности просила ввести пошлины на импорт из ЕС, опасаясь роста поставок из Италии и Германии. Тогда рынок спорил, поможет ли это производству или просто разгонит цены.

С одной стороны, логика понятная. Если импорт дешёвый, а свой производитель дорогой, внутреннее производство начинает проигрывать. Особенно когда рубль крепкий: завозить становится выгоднее, чем делать внутри. А делать внутри — это станки, технологии, люди, зарплаты, кредиты, аренда, логистика и ещё сто способов потерять сон.

С другой стороны, заградительная пошлина — это не волшебная палочка. Это скорее такой экономический шлагбаум. Импортная мебель подорожает из-за пошлины, а отечественная может подорожать просто потому, что рынок позволит. Плюс у наших производителей тоже есть импортные комплектующие, оборудование, фурнитура, расходники. Не всё растёт на берёзе за цехом.

И вот тут начинается любимый замкнутый круг.

Чтобы заменить импорт, надо развивать производство. Чтобы развивать производство, нужны деньги. Чтобы взять деньги, нужны кредиты. А кредиты у нас сейчас такие, что с ними можно не производство открывать, а сразу молиться за выживание.

Можно, конечно, мечтать, что придут иностранцы, привезут станки, технологии, откроют фабрики внутри страны, создадут рабочие места и всё будет красиво. Теоретически рынок большой, маржинальность высокая, спрос есть.

Но вопрос простой: кто сегодня массово захочет вкладывать большие деньги в производство внутри России с учётом всех рисков? Вот именно.

Поэтому в реальности может получиться не “мы мощно поддержали отечественного производителя”, а “цены стали выше, выбор стал меньше, а производство как было с ограничениями, так и осталось”.

И теперь самое важное — при чём тут недвижимость.

При том, что это ещё один кирпичик в общую стоимость жизни после покупки квартиры.

Купить квартиру — это только начало веселья. Дальше ремонт, мебель, техника, кухня, сантехника, свет, двери, доставка, сборка. И если мебель дорожает, отделка дорожает, рабочие дорожают, то нормальный заезд в квартиру превращается в отдельную ипотеку без банка.

Уже сейчас ремонт и меблировка в некоторых случаях могут стоить половину цены самой квартиры. В Петербурге и Москве это ещё как-то психологически объяснимо: квартира дорогая, ремонт дорогой, больно, но понятно. А в регионах, где сама недвижимость дешевле, ремонт может становиться просто экономически бессмысленным.

И вот тут появляется ещё одна интересная история.

Представьте, человеку досталась старая квартира в хрущёвке. Наследство. Дом уставший, планировка древняя, инженерка просит отпевания. Чтобы привести это в нормальный вид, нужно вложить огромные деньги.

И вопрос: будет ли наследник вкладываться?

Не факт.

Чаще он либо продаст как есть, либо сдаст как есть, либо сделает самый дешёвый косметический ремонт из серии “лишь бы не прилипать к стене”.

Так и появится новый пласт убитых квартир. Старый фонд будет стареть, ремонтировать его будет всё дороже, а смысл вкладываться — всё более спорный.

Поэтому новость про мебель — это не только про шкафы и диваны.

Это про то, что стоимость нормальной жизни после покупки жилья продолжает расти. И чем дороже становится всё вокруг квартиры, тем меньше людей смогут доводить своё жильё до нормального состояния.

А потом мы будем удивляться, почему на рынке всё больше уставших квартир, где ремонт выглядит как привет из 2007 года и больничный лист по эстетике.

#ГЕНАГЕНТ #недвижимостьСПБ #ремонт #новостройкиСПБ #инфляция