(реферативное исследование книги К. Роджерса «Становление личностью»; к теме «Почему сложно критиковать и хвалить», поднятой Татьяна Никулина https://set.ki/question/cDChxR7 ) В поисках объяснений своего нежелательного состояния можно так закопаться, что обсуждаешь всё, кроме собственных действий. Рождённые образы и классификации внешнего начинают жить своей жизнью. Порабощают своего создателя, требуют ресурсов, жертв. Создают особый словарь. По нему издалека видно владельца, живущего поиском виноватых, созданием мыльных версий. Обретающего уверенность с тем, как рельефно проступает его «понимание», выделяющее среди других людей.

Кто-то признаёт, что его сегодняшнее состояние – следствие собственных решений. Изучение, дробление и классификация одних лишь внешних причин приводит к успокаивающей полнотой картине, своеобразному каталогу уникальных страданий. О нём у Л.Н. Толстого: «каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Как приблизиться к решению, не приняв волевого решения действовать иначе, не сменив ориентиры прошлого на черты желаемого будущего?

Здесь кажутся уместными слова, вступительной главы «Обо Мне» книги: «.. Life, at its best, is a flowing, changing process in which nothing is fixed... I find I am at my best when I can let the flow of my experience carry me… there are no fixed points. When I am thus able to be in process, it is clear that there can be no closed system of beliefs, no unchanging set of principles which I hold. Life is guided by a changing understanding of and interpretation of my experience. It is always in process of becoming.» На мой взгляд, автор старается оттолкнуть негодные для него способы жить. Предлагает вместо них «доверие» к живому процессу переживания и выбора. На стыке животных ощущений и зарождения понятий в образах, даже во впечатлениях, возникающих от разных органов чувств. Там, где у каждого рождается «своя правда». «I trust it is clear now why there is no philosophy or belief or set of principles which I could encourage or persuade others to have or hold. I can only try to live by my interpretation of the current meaning of my experience, and try to give others the permission and freedom to develop their own inward freedom and thus their own meaningful interpretation of their own experience. If there is such a thing as truth, this free individual process of search should, I believe, converge toward it.» Мне кажется, что, возлагая на себя ответственность за принятие решения о выборе пути на малейших его изгибах, К. Роджерс старается избегать некоторых понятий с устоявшимся значением, закрепивших общепризнанные подходы и догмы.

Для диамата (как я понимаю) каждое слово – производственный фактор, служащий уменьшению затрат при применении развивающихся технических средств, методов и самого себя. И человек волен принимать слова, переопределять. Это определяет его возможности применять знания и взаимодействовать. Некоторые слова не соответствуют действительности, какое-то время ещё поддерживают традиционное пространство смыслов.

Моё внимание привлекло единственное упоминание во всём тексте обычного слова «привычка» («habit»). Вместо него на протяжении 400 страниц используется описание процесса того, как нечто замечается устоявшимся, повторяющимся в образе действия, состояниях людей. Например, «People like us are conditioned to hear the instructor..», «to those whose lives have become utterly desperate and without hope», «Papers give the person.. “more security in making and following his personal choices as he endeavors to move toward the person he would like to be”».

Для меня исключение «привычного» слова выбивает опору из-под неосознанных движений души. Потом, когда пройдёт подъём сил, и лишившись утешительного имени «привычка», воспоминания об этих движениях превращаются в выгорание, ощущение чужого пути и ненужности совершенных усилий, вызывают недоумение у себя же, фиксируют внимание на прошлом, не позволяя двигаться вперёд. Без такого оправдания каждый мой шаг, каждое слово и действие – мой выбор. И это – и первый и заключительный принцип, говорит К.Роджерс.