Заметила в себе сегодня что-то непривычное. На первый взгляд совершенно незнакомое, но с отчётливо угадывающимися нотками явно прожитого раньше. Весь день ощущала это на задворках сознания, а вечером, в лучах закатного солнца, сложилось. Всё это ощущение-предчувствие вдруг стало выпуклым и объёмным.

Детство. Летние вечера, когда друзей по очереди загоняли домой, а ты получал ещё некоторое время на улице, ощущавшееся тихой удачей того, кого ещё не позвали. Прохладными струями воздуха на разгорячённой коже, ароматами травы и звуками кузнечиков и сменявших их в этом симфоническом выступлении цикад. Небо окрашивалось в закатные оттенки, и по форме облаков можно было безошибочно узнать погоду на завтра. Первые звёзды на темнеющем небе складывались в созвездия, названия которых ты знаешь. Спать совершенно не хочется и ты мечтаешь чтобы ночь поскорее прошла.

Так ощущается отсутствие ноши, которая осталась в одном из недавних дней, после долгого периода, когда несла её, полностью отдавая своё внимание.

Невозможно отличить собственную поступь от того, как тебя ведёт груз, пока несёшь. Ноша невидима и неощущаема именно потому, что постоянна. И тогда её эффекты — тяжёлый шаг, постоянную усталость, сжатость принимаешь за характер. И дело не в настроении. Под весом перестраивается сама походка, и через годы забываешь, как двигаться иначе — своим шагом, легко.

Различить можно только задним числом — когда вес оставлен. Лёгкость не приходит как новое, её нельзя натренировать или выучить, она возвращается как память тела.

А сегодня первый летний вечер этого года. Темнеет, и ночь впереди не короткая помеха до утра, а пространство.

Тишина, в которой, освободившись от веса, можно прорасти собой настоящим.