Рассказал про Центр Мониторинга и Управления ССОП, указав, что владельцы интернет-ресурсов неподконтрольны РКН. В информационном обмене участвуют операторы.
РКН предлагает отечественным компаниям-разработчикам тоже заключить соглашение с ЦМУ. Без ответственности — просто, как жест доброй воли. Соглашение даст возможность РКН быстрее реагировать на запросы в случае, если у участника взаимодействия что-то не работает. От компаний требуется описать используемую ими инфраструктуру. Насколько детально — не уточнили, видимо, выяснится в процессе взаимодействия.
Ответственный в РКН — Глазунов.
Вопросы 2 и 3. Отечественный репозиторий кода и госVPN Выступающий — Глазунов.
Предлагается также создание российского репозитория исходных кодов и необходимых разработчикам инструментов с целью защиты от враждебных государств в случае отключения существующих зарубежных репозиториев для русских пользователей.
Также предлагается разработать механизм маскирования для отечественных решений с территории РФ. А для этого нужен единый отечественный VPN с функцией маскирования.
На вопросы, зачем государственный VPN — его же на той стороне быстро научатся блокировать, чтобы не пускать русских (как сейчас не пускают к ИИ и репозиториям), Терляков ответил, что можно же всё сделать правильно, можно его спрятать от западных фильтров.
Вообще, по мнению Терлякова, в РФ сейчас самый продвинутый DPI. Уровень его недостижим для зарубежных компаний и долго у них такого не будет. Надо собраться техническим специалистам, обсудить подходы к решению данной задачи.
Вопросы участников и ответы РКН Смирнов (Базальт): — Что блокируется — только сам софт/ адреса или протоколы тоже? Нельзя ли как-то не блокировать протоколы, а то это создаёт большое число ложных срабатываний, что очень нарушает связность Рунета?
Терляков: — Сейчас в сторах 6000 VPN. Если для каждого писать сигнатуру, это дорого и сложно. Приходится блокировать по протоколам. А ещё все VPN маскируются под белые сервисы, поэтому приходится действовать комплексно. Это — важный опыт по защите информационного пространства России. Мы его будем продолжать. Тем не менее, можно написать заявку в РКН открыть ваш VPN-ресурс. Вам его откроют.
Сатанин: — Росрепозиторий выглядит как утопия. Даже США пытались сделать такой исключительно для компаний на территории страны и не смогли. Мы точно должны пытаться?
Хуторцев: — А вот Китай смог, а значит мы тоже сможем.
Разработчик: — Но китайцы не смогли обойтись только своим и всё равно используют опенсорсные репозитарии.
Терляков: — Мы ищем механизмы, что делать, если нас отключат от всего внешнего.
Второй разработчик: — Однако единый репозиторий — это единая точка отказа, что неправильно с точки зрения ИБ.
Терляков: — Единый репозиторий не исключает дублирования.
Касперская: — Зачем и кем блокируются ресурсы?
Терляков: — РКН занимается борьбой с порно, педофилией и прочими плохими явлениями жизни. А вот блокировка других ресурсов — это решения других органов, про которые вы все понимаете, кто они и почему. А РКН просто технически должен обеспечить блокировку.
Касперская: — Мы не понимаем, что это за органы. Кто они?
Терляков: — Я не могу ответить на этот вопрос.
Разработчик: — Как сделать, чтобы не попасть в плохой VPN?
Терляков: Есть реестр ограничений по сайтам. Есть решение про противоправные VPN. Их сейчас в этом списке — 495 штук. Их и блокируют. Если у вас есть с этим проблема, направьте запрос в РКН.
Касперская (АРПП): РКН ведёт борьбу с низовыми разработчиками. У меня 200 человек разработчиков, большинство на удалёнке, я понятия не имею, какие инструменты они используют. И так, я думаю, во всех ИТ-разработчиках. Идея единого VPN поэтому мертворожденная. Они не будут использовать что-то предписанное.
Терляков: Ну, мы же должны попытаться хоть что-то сделать.
Касперская: Блокировки вызывают у разработчиков поиск инструментов обхода и ненависть к РКН, мешающему им работать. Разработчиков в стране 1.2 млн человек. Как с этим справиться? И как заставить их сотрудничать? Может, всё-таки ослабить гайку?
