Один из запросов: «Я стал хуже работать».
Человек подробно рассказывает, что раньше мог за день решить очень много, а теперь уже до обеда смотрит на документ и перечитывает несколько раз. Память подводит, сотрудники раздражают, решения откладываются, а вечером думает: надо лучше планировать.
В этом созвоне мы как раз планирование и не трогаем.
Я прошу показать обычную рабочую неделю. Не запланированную, а реальную.
Потом я начинаю задавать вопросы: в какое время вы лучше всего думаете? После какой встречи вам нужно хотя бы двадцать минут никого не видеть? Какие решения вы принимаете вечером и переделываете утром? Что вы продолжаете делать сами, хотя уже давно ненавидите эту часть работы? В какой день недели вы особенно хороши, а в какой уже существуете?
На этом месте человек обычно немного оживляется, потому что впервые мы обсуждаем не его характер, силу воли и дисциплину. Мы обсуждаем, как он реально работает.
Дальше на 14 дней вводим Дневник ОРС.
И тут я сразу успокаиваю тех, кто уже представил себе толстую тетрадь, свечу, плед и два часа вечерней рефлексии. Ничего подобного. Всего лишь утро, день, вечер. Просто ставим цифру от 1 до 10.
Через две недели у нас уже есть материал для работы.
Вот здесь начинается та часть работы, которую я люблю больше всего. Мы начинаем не добавлять, а убирать.
Переносим встречи из часов, когда человек лучше всего думает.
Убираем решения из вечера.
Пересобираем дни с тяжёлыми переговорами.
Разводим по времени задачи, которые требуют разного состояния.
Смотрим, где нужен перерыв, а где человеку нужен другой вид нагрузки.
Клиенты спорят со мной именно на этом этапе. Один говорит, что встречу в 9 утра перенести нельзя. Потом переносит и обнаруживает, что компания выжила.
Другой уверен, что должен отвечать сотрудникам сразу. Мы договариваемся на две недели изменить режим доступности, и внезапно оказывается, что половина вопросов решается без него.
Третий сопротивляется идее убрать часть задач. Тут обычно начинается старая песня предпринимателя: никто не сделает так хорошо, всё важно, всё срочно, всё требует личного внимания.
Мы разбираем задачи по одной и смотрим, где действительно нужен он, а где его участие давно стало дорогой привычкой.
Через месяц человек начинает быть собой.
Только уже знает, в каком состоянии принимает лучшие решения, какое время нельзя отдавать под рутину, после каких задач ему нужен другой режим, какие встречи выжигают больше, чем дают, и как устроить рабочую неделю так, чтобы к пятнице не собирать себя совочком.
Вот это я называю Оптимальным Рабочим Состоянием, в котором вам доступны собственные способности.
Не вечную бодрость, не жизнь без усталости и не способность выдержать ещё больше.
И моя работа начинается с вопроса: «Когда вы уже работаете хорошо, что именно создаёт это состояние и почему вы так мало на него опираетесь?»
Кому нужен Дневник ОРС, пишите
