Возврат сотрудников в офис в российских компаниях подают как управленческое решение про вовлеченность и скорость, хотя по сути это тихий способ сократить штат и никому ничего не заплатить.

Уволить человека по сокращению дорого, потому что по закону при таком увольнении ему надо выплатить несколько окладов. Обязательный офис убирает эту статью расходов полностью. Компания вводит учет посещений и ждет, пока часть людей не устанет от ежедневной дороги и не напишет заявление по собственному, по которому не положено ничего. На бумаге это выглядит не как сокращение, а как обычная текучка, к которой не придерешься.

IBS весной 2025 отменила удаленку, разослала допсоглашения и завела учет посещений и вскоре в сообществе собрались десятки жалоб на давление и угрозы увольнением, о чем писал CNews.

Весной 2026 в дочерней структуре Сбера ввели модель «70 на 30», по которой основная часть рабочего времени проходит в офисе. По словам сотрудников, под правило попали даже матери с маленькими детьми и иногородние, а само требование они описывают так: «Нас буквально считают по головам». Официально Сбер связь возврата в офис с увольнениями отрицает.

Дальше решение бьет по своему же автору. Учет посещений не видит, кто просиживал удаленку впустую, а кто в одиночку держал ключевой сервис. Заявление первым приносит не тот, кого хотели убрать, а сильный инженер с оффером на руках и ему хватает недели. Компания остается без людей на которых держались релизы и уходит искать им замену на рынке, где за такого специалиста просят уже дороже.

У бизнеса есть встречный довод про то, что на удаленке решения идут медленнее, а контроль слабее и звучит он честно ровно до вопроса, кто уходит первым. В офис таким способом возвращают не команду, а тех, кому просто некуда больше податься. Сэкономленное на тихом уходе компания через полгода отдает за найм замены, и замечать эту связь внутри уже некому.