Парадокс Соломона, или почему мы видим сильное позиционирование для других — и теряемся, когда дело касается нас Я могу посмотреть на чужой проект и достаточно быстро увидеть его сильную сторону. Понять, что в опыте человека действительно ценно, где он ничем не отличается от рынка, а где находится та самая точка, из которой можно построить сильное позиционирование. С клиентом всё кажется довольно ясным. Есть его опыт, продукт, результаты, аудитория, способ работать и принимать решения. Из всего этого нужно убрать лишнее, найти повторяющуюся закономерность и ответить на несколько вопросов: Кто этот человек? С какой задачей к нему идти? В чём его реальная сила? Почему выбирать именно его? А потом я пытаюсь проделать то же самое с собой. И система внезапно перестаёт работать. Я вижу не одну сильную роль, а весь свой профессиональный путь сразу: маркетинг, EdTech, антикризисное управление, продукты, контент, запуски, команды, AI. Каждая часть кажется важной, потому что за каждой стоят годы жизни, решения, ошибки и результаты. И когда нужно выбрать что-то одно, появляется странное ощущение, будто этим выбором я обесцениваю всё остальное. Иронично, конечно. Ты можешь объяснить клиенту, почему рынку не нужно знать о нём всё. А потом открыть собственный профиль и попытаться уместить туда всю свою биографию, все компетенции и ещё планы на следующие десять лет. Но у этого парадокса есть психологическое объяснение. В 2014 году психологи Игорь Гроссман и Итан Кросс провели серию исследований, которую назвали парадоксом Соломона. Оказалось, что люди рассуждают о проблемах других мудрее, чем о собственных: лучше учитывают разные точки зрения, легче признают ограниченность своих знаний и видят, как ситуация может измениться. Когда же человек эмоционально находится внутри проблемы, его мышление становится менее взвешенным. В исследованиях участвовали 693 человека. Когда их просили посмотреть на собственную ситуацию с дистанции, почти как на историю другого человека, разрыв заметно сокращался. С позиционированием происходит нечто похожее. Клиент для специалиста — объект исследования. Его можно рассматривать через факты: что он делает, какие задачи решает, за что ему платят, почему к нему возвращаются. Но когда объектом исследования становишься ты сама, к фактам добавляется идентичность. Ты уже думаешь не только о том, что будет понятно рынку. Ты думаешь: «А разве это отражает всю меня?» «А вдруг эта роль окажется слишком узкой?» «А куда тогда деть остальной опыт?» «А если через год я стану другим человеком?» «А имею ли я вообще право так себя называть?» И позиционирование перестаёт быть маркетинговой задачей. Оно начинает ощущаться как попытка дать окончательный ответ на вопрос: кто я? (этот вопрос меня даже до эзотерики довёл, но об этом в следующий раз) Хотя это разные вопросы. Позиционирование не обязано вмещать человека целиком. Оно должно дать рынку понятную точку входа. Есть ещё один эффект — иллюзия прозрачности. Мы переоцениваем, насколько хорошо другие люди понимают наши внутренние состояния и намерения. То, что очевидно для нас, кажется очевидным и окружающим, хотя внешне они могут этого вообще не видеть. Мне, например, понятно, как связаны между собой мой опыт в маркетинге, продуктах, антикризисе, управлении и AI. Я знаю общую логику. Но человек, который впервые открыл мой блог, не обязан собирать эту конструкцию самостоятельно. Он не знает меня изнутри. Он видит только то, что я сумела ясно вынести наружу и последовательно повторить. Наверное, поэтому распаковка себя — это не столько поиск всех своих сильных сторон. Большинство опытных специалистов прекрасно знают, сколько всего они умеют. Сложность начинается позже. Когда из всего этого нужно выбрать главное. Не единственное. Не навсегда. Не исчерпывающее всю личность. Просто достаточно ясное, чтобы другой человек смог тебя понять, запомнить и однажды выбрать. Клиенту я легко могу сказать: «Вашему бренду не нужно рассказывать о вас всё». Себе принять эту мысль оказалось намного сложнее. Потому что клиента я пыталась прояснить. А себя пытаюсь уместить целиком.
