В 2026 году правила игры меняются быстрее, чем компании успевают адаптироваться. Задача управленцев в такой среде - не пытаться угадать, как всё будет, а настроить бизнес-систему так, чтобы она выдерживала несколько сценариев сразу. Налогово-регуляторные риски: самое болезненное НДС вырос до 22%. Базовая ставка НДС повышена с 20% до 22%. Особенно ощутимым это стало для компаний с тонкой маржой - розница, общепит, кофейни, бытовые услуги. Порог УСН обвалился втрое. Порог освобождения от НДС для упрощенцев снизился с 60 млн до 20 млн рублей в год. Страховые взносы выросли. Отменён льготный тариф 15% для МСП - теперь общий тариф 30% с выплат сверх 1,5 МРОТ на каждого работника. Что делать: пересчитать цены и договоры. Выбор ставки НДС напрямую сказывается на цене, марже и денежном потоке. Считать нужно на реальной структуре закупок и себестоимости. Макроэкономические и финансовые риски: дорогие деньги В 2026 году ключевой особенностью остаётся высокий уровень реальных процентных ставок. Валютные риски воспринимаются бизнесом как одни из самых опасных. 75% компаний в 2026 году планируют заимствования в рублях, считая валютные риски более серьёзной угрозой. Больше половины международных операций российский бизнес уже проводит в рублях. Но проблема в том, что большинство иностранных поставщиков по-прежнему не работают с рублём напрямую, создавая дополнительный слой конвертаций и рисков. Что делать: закладывать в цены валютную нестабильность, диверсифицировать валютные риски, иметь финансовую подушку на случай резких колебаний курса. Операционные и кадровые риски: люди уходят Кадровый дефицит остаётся хронической проблемой. Компании предпочитают терпеть убытки от простаивающих сотрудников, лишь бы не остаться потом с пустыми цехами и отделами. Что делать: инвестировать в удержание ключевых сотрудников, развивать внутреннее обучение, пересматривать модели найма (неполные ставки, гибридные форматы, аутсорс). Цифровые и киберриски: угроза, которую игнорируют По данным Positive Technologies, на Россию приходится 14–16% всех успешных кибератак в мире, а к 2026 году их число может вырасти ещё на 30–35%. Что делать: обучать сотрудников цифровой грамотности, разработать план реагирования на киберинциденты, создавать резервные копии данных и хранить их в разных местах. ESG-риски: уже не мода, а регуляторный фактор ESG-факторы - экологическая ответственность, социальная сфера и корпоративное управление перестают быть абстрактными понятиями и становятся базой для налоговых преференций и, наоборот, значительных финансовых рисков. Что делать: не игнорировать ESG-повестку. Даже для малого бизнеса это уже не мода, а вопрос доступа к финансированию и репутации. Стратегические и репутационные риски: когда клиенты уходят тихо По данным опроса РСПП, ключевой проблемой для российского бизнеса в начале 2026 года стало падение потребительского спроса - на это пожаловались 37,6% респондентов. При этом снижение качества и конкурентоспособности российской продукции из-за санкций достигло максимальной распространённости и вышло на уровень прогнозов 2022 года - 27%. Что делать: фокусироваться на качестве и клиентском сервисе. Вместо обсуждения мировой повестки полезно ответить на три прямых вопроса про свою компанию: На чём мы реально держимся? Какие рынки и продукты дают основную часть выручки и маржи, без чего конструкция становится заметно слабее? От кого и от чего мы зависим? Ключевые поставщики и подрядчики, критичные технологии, команды и люди, без которых останавливаются процессы. Что внешняя среда уже сделала с нами? Где мы за последние пару лет принимали решения не из-за стратегии, меняли системы отчётности, перестраивали цепочки снабжения, пересматривали договоры? Именно по этой карте потом становится понятно, где есть смысл вкладываться в устойчивость в первую очередь. А вы составляли карту рисков для своего бизнеса? Какая угроза кажется вам самой реальной в 2026 году?