Утро выдалось серым и липким. Вячеслав Викторович сидел на заднем сиденье чёрного «Ауруса» и смотрел, как дождь размазывает Москву по стеклу.

Пробка стояла намертво.

Болодин наклонился к водителю:

• Хули ты стоишь?! Вали по встречке!

Машина выехала на встречную полосу. У перехода двое будущих иноагентов отскочили от брызг.

У входа в Думу уже стояла бабка. Ватник промок, калоши блестели, картонный плакат размок и пошёл пузырями. Но главная мысль держалась:

ДУРОВ, ВЕРНИ СПЕРМУ НАРОДУ!

Охрана дёрнулась, но Болодин остановил её рукой.

• Не трогайте. Народ пришёл с репродуктивным вопросом.

В кабинете он снял пальто, сел за стол и открыл любимый новостной Telegram-канал.

Первая строка ударила по глазам:

«Павел Дуров внесён в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга».

Болодин помолчал. Потом посмотрел на повестку заседания, на телефон, снова на повестку.

• Заебали нахуй, - сказал он. - Ладно, надо работать.

Через полчаса зал заседаний гудел. Депутаты переговаривались, кто-то листал новости, кто-то делал вид, что читает законопроект. На самом деле все ждали столовую.

Болодин поднялся на трибуну. Микрофон щёлкнул.

• Коллеги, добрый день. Сегодня у нас вопрос, который волнует женщин, врачей, силовиков, цифровую отрасль и, как выяснилось, космонавтику.

В зале стало тихо. Кто-то быстро закрыл Telegram.

• В связи с внесением Павла Дурова в соответствующий перечень возникла правовая неопределённость. Что делать с его биоматериалом?

Депутаты оживились. Один помощник уронил ручку. Председатель комитета по семье начал что-то шептать соседу.

• Прошу без смеха, - сказал Болодин. - Вопрос государственный. Если человек признан террористом, мы должны понять, распространяется ли это на его сперматозоиды.

С места поднялся депутат от ЛДПР.

• Наша фракция предлагает отправить пробирку в космос! Пусть летает рядом с «Теслой» Маска. У них там автомобиль, у нас будет репродуктивный ответ Западу.

• Записали, - кивнул Болодин. - Космос.

КПРФ потребовала национализировать биоматериал и выдавать женщинам по социальной норме.

• Нельзя, чтобы стратегический репродуктивный ресурс находился в частных руках, - заявил представитель фракции. - Тем более в иностранных юрисдикциях.

Справедливая Россия поддержала идею, но попросила сперва провести дезинфекцию.

• Есть риск, что по стране распространятся протестные сперматозоиды, - сказал депутат. - Они могут не признавать традиционные ценности уже на клеточном уровне.

Володин сделал пометку:

«Проверить клетки на митинговую активность».

«Новые люди» попросили не обсуждать тему размножения.

• К названию нашей партии и так накопились вопросы, - тихо сказал их представитель.

Комитет по цифровой политике предложил перенести процесс в MAX.

• Чтобы каждая клетка проходила регистрацию через отечественный сервис, - объяснил депутат. - С подтверждением личности, согласием на обработку данных и уведомлением в Госуслугах.

• Они там все пидарасы!, - пояснил депутат Милонов.

Кто-то после этого предложил создать рабочую группу.

На этой фразе зал окончательно успокоился. Все поняли, что вопрос можно не решать поэтому принялись играть в тамагочи.

• Коллеги, мнения разделились, - сказал Болодин. - Это доказывает, что в российском парламенте есть настоящая дискуссия. (но его уже никто не слушал).

В зале заорала сирена оповещающая о перерыве на на обед.

После обеда никто уже не вернулся.

Вечером «Аурус» снова плыл по мокрым улицам. Болодин сидел сзади, устало развалившись, и смотрел в окно.

• Вот говорят, в Думе всё принимается из-под палки, - сказал он водителю. - А сегодня мы полтора часа не могли решить, можно ли национализировать сперму Дурова. Это и есть парламентаризм, Серёга.

Серёга молчал. Он уже однажды сказал «угу» и потом до Рублевки слушал про суверенную демократию и сиськи Мизулиной старшей.

Смеркалось...

Все персонажи в это истории выдуманные, все совпадения случайны. Кроме Милонова, Милонов настоящий.