Существенное отличие образование два века назад от современного состояло в том, что иностранные языки не являлись одним из предметов, равным другим, например истории, математике, географии и т.д. Они представляли собой как бы первую ступень образования в целом. Не освоив их, невозможно было двигаться дальше. Большинство учебников, трудов по специальности, научной и беллетристической литературы было написано не по-русски. Волей-неволей приходилось изучать четыре-пять чужих языков. Но у этого процесса была и обратная сторона. Русский дворянин думал и изъяснялся на французском легче и охотнее, чем на родном. Правительство Екатерины II понимало создавшуюся угрозу потери лингвистической идентичности. Об этом свидетельствует создание «Словаря», созданного Академией русского языка, который помог бы ввести в речевой оборот максимально большее число русских слов и научить правильно пользоваться ими. Эта идея работала на будущее, недаром вклад «Словаря» оценил Пушкин, а не современники. Только к 30-м годам XIX века ситуация выровнялась. Появилась целая плеяда литераторов, показавших обществу, как можно употреблять богатства родной речи для выражения самых сложных мыслей и чувств. После Пушкина и Карамзина попробовать говорить на родном языке захотел каждый образованный человек. Язык – как способ мышления, а не просто инструмент для перевода. Насколько опасна потеря языковой идентичность для народа?