Есть вещь, о которой редко говорят на курсах по лидерству. Руководитель не имеет права на эмоциональный беспредел. Да, он может переживать, злиться, уставать, не соглашаться, сомневаться. Он такой же человек, как и все остальные. Но вместе с должностью появляется одна особенность: эмоции руководителя перестают быть только его эмоциями. Они очень быстро становятся настроением всей команды. Если руководитель спокойно говорит: «Коллеги, у нас есть проблема. Давайте искать решение», команда начинает искать решение. Если руководитель заходит на встречу с ощущением конца света, люди перестают думать. Они начинают спасаться. И вот это, как мне кажется, одна из самых больших потерь для любого проекта. Потому что люди редко устают от работы. Гораздо чаще они устают от постоянного эмоционального напряжения. От ощущения, что каждый день — пожар, который нужно тушить прямо сейчас, иначе завтра всё рухнет. Сейчас на одном из проектов я наблюдаю очень знакомую картину. Есть несколько руководителей, которые настолько эмоционально проживают каждую проблему, что после встречи хочется не план проекта открыть, а заварить ромашку. Каждая сложность сопровождается тревогой, раздражением и ощущением, что всё срочно, всё критично и кто-нибудь должен немедленно это исправить. Самое интересное, что ответственность за решения при этом почему-то не увеличивается. Зато увеличивается тревога всей команды. В переговорах это очень похоже на поведение из латинской модели — позицию Ребёнка. Не потому, что человек плохой или незрелый. Просто в момент стресса он бессознательно начинает действовать по принципу: «Мне плохо. Сделайте что-нибудь, чтобы мне стало легче». И окружающие действительно начинают делать. Кто-то переносит свои задачи. Кто-то отменяет встречи. Кто-то остаётся вечером. Кто-то берёт на себя чужую работу. Не потому, что это лучшее решение для проекта. А потому что всем хочется одного — чтобы человек перестал эмоционально штормить.

И здесь есть важный момент. Если ваш стейкхолдер, руководитель или заказчик начинает разговаривать исключительно эмоциями, не стоит пытаться успокоить его любой ценой. Не нужно срочно спасать ситуацию, брать на себя чужую ответственность или обещать невозможное только для того, чтобы разговор наконец стал спокойнее. Потому что в этот момент вы сами закрепляете такой способ взаимодействия. Если эмоциональное давление помогло человеку получить желаемое, мозг сделает очень простой вывод: «Отличный инструмент. Надо использовать его снова.» Поэтому единственное, что действительно работает, — спокойно возвращать разговор к ответственности и правилам. «Какое решение сейчас нужно принять?» «Кто отвечает за этот этап?» «Что вы ожидаете именно от меня?» «Какой следующий шаг?» Не спорить с эмоциями. Не воспитывать человека. Не доказывать, что он неправ. Просто снова и снова возвращать разговор в плоскость действий. Это намного сложнее, чем кажется. Особенно когда на вас летит эмоциональная волна. Поэтому сегодня мне хочется пожелать всем одного. Берегите своё состояние. Не позволяйте чужой тревоге становиться вашей только потому, что она звучит громче. Помните, что вспышки гнева, раздражение или истерики ваших визави — это не характеристика вас. Это их привычный способ взаимодействовать с миром, справляться с напряжением и добиваться результата. Это их картина мира, а не ваша. Вы не обязаны жить по этим правилам. Иногда самая сильная позиция в переговорах — не придумать идеальный аргумент, а просто остаться спокойным взрослым человеком, пока кто-то рядом очень настойчиво предлагает вам стать спасателем.