Уязвимость
Чтобы сделать что-то вместе, должно быть доверие. Недоверие — первый из пяти пороков команды, если верить Патрику Ленсиони.
Но вопрос: насколько это естественно — доверять другим в рабочем коллективе, в команде? Это вообще нормально — снимать часть собственных психологических защит? Становиться уязвимым?
Если открываешься — могут обмануть, могут «задеть», ранить.
Пока ты не доверяешь другим, говоришь официально, держишь дистанцию, держишь свои личные границы закрытыми — шансов «получить» гораздо меньше. Правда, существенно меньше и шансов сделать что-то стоящее вместе.
Получается, среди других рисков, которые принимаешь, когда намерен добиться с командой амбициозных целей, — риск уязвимости, связанный с доверием, с открытостью.
Но смотрите: доверие не возникает само по себе! Доверие в команде — результат опыта взаимодействия: я доверился, и меня не подвели.
На мой взгляд, на практике всё начинается с решения — открыться, принять риск, или остаться в психологически комфортном пространстве.
Можно ли создать доверие в команде, не становясь уязвимым?
➡️ Я думаю, что нет.
Я видел команды, где люди всё правильно делали, не подводили друг друга, но держались на дистанции, в формальных ролях и в психологически комфортном пространстве.
Все — интеллигентные люди, все улыбаются, но все в «футляре». Каждый выберет промолчать, чтобы не обидеть окружающих, даже если видит ошибку, необоснованное суждение, опасные последствия.
И доверия нет — несмотря на благоприятный опыт сотрудничества. И решения получаются так себе.
Парадоксально, но в таких командах – нет и ощущения безопасности. Кажется, у каждого камень за пазухой и фига в кармане.
Моя работа часто (не всегда!) — создавать атмосферу доверия в команде. Это первый шаг для сложной работы по совместному принятию решений.
Всё по Патрику Ленсиони: нет доверия — нет критического и реального обсуждения — решения получаются слабыми, неясными. Люди за такими решениями не пойдут. Поэтому сначала — доверие!
Так вот, я привычно призываю людей, собравшихся на сессию, открыться, доверять, стать уязвимыми. И открываюсь сам, потому что слова в групповых процессах работают слабо — работают дела, личный пример.
Сейчас подумал: я зову людей выйти из психологически комфортного пространства. Но ведь кому-то из них может быть больно. В группе разное происходит. То, что не заметит один, другого может серьёзно «ранить». Психологически, конечно.
Какое моральное право я имею призывать людей открываться — становиться уязвимыми? Это непростой вопрос! Как я на него отвечаю?
Но я же предлагаю им сделать их выбор. Я объясняю как выгоды такой позиции — так мы действительно сможем сделать что-то великое, — так и риски: да, может быть больно, это бывает.
Поэтому каждый сам принимает решение, как взрослый и ответственный человек.
И я защищаю тех, кто открылся, от возможных атак — это моя ответственность.
Бывает неприятно услышать критичный разбор своего предложения. Бывает очень неприятно обнаружить, что не продумал раньше что-то существенное, не увидел очевидных последствий. В конечном счёте, это всё кричит тебе: «Ты не такой умный и профессиональный, как привык думать».
И это очень неприятно.
Но это нормальная боль.
Взрослые зрелые люди отличаются тем, что принимают эту боль и не начинают оправдываться и рационализировать: «Я всё объясню, вы неправильно поняли, просто у меня живот болел…»
Неприятно также услышать пренебрежительную оценку в свой адрес. А вот эту боль я не считаю нормальной.
Моя работа как ведущего сессии — такие атаки не допускать.
Поэтому я думаю, что имею право призывать к доверию и открытости. Хотя обеспечить полную защиту не могу.
А вы выбираете психологический комфорт и дистанцируетесь? Или выбираете уязвимость и строите отношения доверия?
