Непростой период
Это рубрика Галины Рогозиной, старшего партнера Regroup, в которой мы ищем ответы на сложные вопросы.
Мы привыкли легко называть лидерами людей, занимающих высокие должности. CEO - лидер. Руководитель большой команды - лидер. Член правления - лидер.
Но мне все меньше кажется, что должность имеет прямое отношение к лидерству.
Должность даёт власть. Право принимать решения, распределять ресурсы, нанимать и увольнять. Она создаёт отношения подчинения просто потому, что так устроена иерархия. Но отношения власти и отношения лидерства - это не одно и то же. Высокая должность создаёт отношения власти автоматически, а вот лидерства - нет.
У всех нас есть глубокие человеческие потребности. В безопасности. В достоинстве. В признании. В смысле. В причастности к большому. В возможности создавать и становиться больше себя сегодняшнего.
Иногда человек не находит готового ответа на что-то важное и начинает искать собственный. Говорит: «Я не хочу больше жить так». Или: «Мне кажется, это можно сделать иначе». И начинает создавать то, чего ещё нет.
И самое удивительное происходит тогда, когда оказывается, что его личный вопрос был важен не только для него. Кто-то другой вдруг узнаёт в нём себя. «Я тоже так чувствовал, но не мог сформулировать». «Я тоже этого хочу».
Наверное, именно здесь и возникает лидерство. Не просто тогда, когда у человека есть собственный ответ - можно найти его и остаться одиноким мыслителем. А тогда, когда между твоим ответом и внутренним вопросом другого происходит узнавание.
«Я один» превращается в «нас много». «Мне чего-то не хватает» - в «мы хотим другого». «Я не могу» - в «мы можем». А вместе с «мы» появляется энергия, которой у отдельного человека могло не быть. Эта энергия и есть для меня признак лидерства.
Но здесь есть важная оговорка. Лидерство само по себе не является добродетелью. На одну и ту же человеческую потребность можно предложить совершенно разные ответы.
На потребность в достоинстве - развитием и свободой, а можно превосходством над другими. На потребность в принадлежности - общностью, а можно разделением мира на «своих» и «чужих». На страх и растерянность - способностью выдерживать неопределённость, а можно понятным врагом и простым объяснением происходящего.
Поэтому за лидерами идут в очень разные стороны. И бизнес в этом смысле не исключение.
Организация отвечает на множество человеческих потребностей: деньги, статус, карьера, признание, принадлежность, иногда ощущение причастности к большой истории. Человек может работать в ней именно ради этого. CEO формально возглавляет этот процесс. Но мне кажется, это ещё не обязательно лидерство.
Что-то меняется, когда к этому добавляется: «То, что этот человек пытается сделать, важно и для меня. Я тоже хочу, чтобы это существовало. И мне важно не только куда он идёт, но и какой способ движения предлагает».
Одну и ту же потребность - в успехе, признании, влиянии - в бизнесе можно удовлетворять очень по-разному. Можно строить своё превосходство на слабости другого, а можно на собственной способности создавать. Побеждать за счёт агрессии или за счёт инноваций и чуткости к клиенту.
Тогда вопрос о лидерстве для меня становится не только «за ним идут или нет?», но и «что именно в людях становится сильнее, когда они за ним идут?»
Получается, что один и тот же CEO для одного человека может быть лидером, для другого - прекрасным руководителем, а для третьего - просто начальником. CEO один. Отношения разные.
Возможно, лидерство вообще не является качеством отдельного человека. Оно возникает между людьми в тот момент, когда твой ответ становится и моим.
Должность даёт власть. Хорошее управление даёт результат. А лидерство создаёт «мы».
А у вас был руководитель, за которым вы шли не потому, что должны были, а потому, что вам было важно то, куда он идёт?
