— Ты же умер, — выдавил муж. В ту минуту я поняла, что все четырнадцать лет мы жили в чужой квартире — Ты же умер. Я сам справку в отдел кадров носил, — голос мужа дрожал. Я замерла в прихожей. Ключи царапнули ладонь. На коврике стояли чужие ботинки. Растоптанные. Грязные. С налипшей глиной. — Бумажки всё стерпят. А я живой, — ответил незнакомый старческий голос. Скрипнула табуретка. Зазвенела ложка в кружке. Я шагнула на кухню. За нашим столом сидел старик. В выцветшей штормовке. С седой всклокоченной бородой. Мой муж, Витя, вжимался спиной в холодильник. Лицо серое. На лбу испарина. — Кто это? — спросила я. Сумка выскользнула из рук. Шлепнулась на линолеум. Витя дернулся. Сглотнул. — Это...

Приглашаем всех в наш MAX