— Скажем свекрови, что Даша уехала, — твердила невестка. В тот же час я отменила дарственную и сменила замки — Улыбайся шире, мать твою, у нее сердце! — прошипела жена. Она нервно поправляла воротник на куртке нашего двадцатидвухлетнего сына. Я молча закрыл за собой входную дверь. В прихожей пахло сыростью и Лениными сладкими духами. — Лена, это цирк, — сказал я, стряхивая капли с зонта. — Это забота! — огрызнулась жена. Сын стоял у зеркала. Максимка смотрел в пол. Сутулый, помятый, с бегающим взглядом.…

Приглашаем всех в наш MAX