— Хлам жгу, — сказал брат. Я шагнула к костру и поняла, как на самом деле любил нас отец Я подняла с растоптанного снега почерневший брезентовый сверток. Внутри лежали сорок три резных деревянных наличника, аккуратно переложенных промасленной газетой. Они пахли льняным маслом и старым домом. — Бросай в огонь, кому говорю! — гаркнул Славик у меня за спиной. — Слава, ты что творишь? — я шагнула к костру, оттирая лицо от сажи. — Хлам жгу, Степановна, — он брезгливо пнул ногой старую табуретку. — Очищаю территорию. Покупатели завтра приедут. Рядом стояла Аня. Лицо белое, губы искусаны. Она до белизны в костяшках вцепилась в край старой клеенки, которой Петрович раньше накрывал верстак

Приглашаем всех в наш MAX