Я лежала и перебирала этот вопрос часами, как чётки. Как бусины, которые обжигают пальцы.

«Способна ли ты быть матерью?»

И я тупо смотрю в одну точку. Пока внутри меня кто-то собирает пазл. Из осколков. Из моих же рук, ног, голоса. Перекладывает. Не подходит. Снова перекладывает. Всё мимо. Всё не то.

А мне казалось, что я просто есть.

Что достаточно просыпаться по ночам. Достаточно варить суп, который никто не ест. Достаточно стирать, вытирать слёзы, находить подходы, когда у сына истерика, даже когда свои собственные душат. Что быт — это и есть доказательство. Самое крепкое. Самое скучное. Самое честное.

Но оказалось, нет. Оказалось, нужен какой-то другой ответ. Тот, который я не могу выдохнуть. Не могу вытащить из себя. Потому что его там нет.

И я начинаю кружить.

По кухне. По коридору. По собственной голове.

А что если я правда не умею? А что если все эти годы я просто имитировала? Таскала ребёнка за руку, как куклу, а внутри — пустота? Что если любовь — это не то, что я чувствую, а то, что я должна чувствовать? И я вечно промахиваюсь мимо нормы?

Грустно. До тошноты грустно.

Потому что я не знаю, где та черта. Где «достаточно хорошо». Где «правильная мать». Я знаю только «я». Сбитую. Уставшую. Иногда злую. Иногда нежную до скрежета. Которая ошибается на каждом шагу. И продолжает идти.

И вот я сижу и думаю: а кому вообще нужен этот ответ? Кто его выдаёт? Кто экзаменует? Где тот список, по которому меня проверяют?

Его нет.

Есть только один человек, который однажды посмотрел на меня и увидел вопрос, а не ответ. И это ранит сильнее, чем любой приговор.

Но я остаюсь.

Я остаюсь в этой роли, которую уже не снять, как кожу. Я остаюсь матерью. Даже когда сомневаюсь. Даже когда плачу в подушку. Даже когда не знаю, как дальше.

Я остаюсь. Я есть. Я здесь.