Внук стыдился бабушкиной деревенской речи — а вырос и стал записывать её рассказы.
— Говори по-нормальному или вообще молчи! — Антошка, да я ж чего… — Замолчи, я сказал! Антон стоял посреди двора багровый. Зинаида испуганно прижимала к груди таз с мокрым бельем. Я как раз за солью пришла. Так с кружкой у калитки и замерла. — Перед пацанами стыдно, — цедил сквозь зубы Антон. — Колхоз разводишь. "Пошто, туточки, тама". Слушать тошно! — Тош, так я ж привыкши, — залепетала Зинаида. — Отвыкай! Он круто развернулся. Пнул старое ведро у крыльца. Ведро со звоном улетело в кусты смородины. Антон хлопнул дверью так, что стекла жалобно звякнули. Зина тихонько осела на лавку. Таз поставила рядом. Вытерла руки о затасканный фартук. — Зин, ты чего терпишь? — я подошла ближе. — А чего де
Продублировано в MAX
