— Теперь ты от меня никуда не денешься, — сказала жена после росписи. И я понял, как всё хрупко
К десяти утра вторника Москва превратилась в одну сплошную серую лужу. Дождь мелкий, колючий, из тех, что не смывают грязь, а только размазывают ее по лобовому стеклу. Дворники моего «Соляриса» скрипели с монотонностью старых качелей — вжих-вжих, вжих-вжих. Правый немного оставлял полосу ровно на уровне глаз, и это бесило. Надо было поменять еще в выходные, но в выходные мы с Ольгой ездили в строительный. Выбирали плитку в ванную. Казалось бы, плитка и плитка. Но нет. Я хотел матовую, чтобы не скользить, Ольга уперлась в глянец — «чтоб блестело и визуально расширяло пространство». Два часа ходили между стеллажами. В итоге разругались прямо в отделе сантехники, вернулись домой молча и ужинали
Продублировано в MAX
